— Что будем делать? — спросил Сеченов. — Мне доложить охране барона, чтобы они переместились сюда?

— Нет, всех сюда звать не стоит. Тогда мы откроемся с других сторон, и сюда могут набежать другие убийцы, если их в городе несколько, — произнёс я. — Лучше попроси Юрия Сапрыкина, чтобы подозвал сюда одного охранника — больше не надо. А затем сразу же возвращайся. Нам ещё нужно продержаться до утра. Долечить барона и убедиться, что его больше никто не тронет. Ах да! И ещё, пусть Сапрыкин вызывает городовых. Теперь нам есть, что им показать, — я перевёл взгляд на убийцу. — А точнее — кого!

Умеют же в гильдии подбирать совершенно неприметный облик. Такого, как он, встретишь на улице и никогда в жизни не вспомнишь. Подбор кадров почти такой же, как в ФСБ в моём мире.

— Анна, поставьте отцу капельницы, — попросил я. — С убийцей я сам поговорю.

Анна Елина выглядела так, будто была готова в любой момент броситься на нашего бывшего пациента. Но всё же сдержалась и отошла к отцу. Я же подошёл вплотную к убийце, усилил паралич его мышц, после чего произнёс:

— Выкладывай. Голосовые связки, язык и мышцы рта я тебе восстановил. Разговаривать теперь можешь. Кто твой наниматель?

Он молчал. Мужчина долго смотрел мне в глаза, почти не моргая, но не издал ни звука. Однако дыхание его было надрывным. Видимо, обломки рёбер повредили мягкие ткани грудной клетки. Да, дышать ему сейчас совсем не просто. Думаю, именно на это мне и стоит надавить. Всё-таки я лекарь, а не мастер пыток.

— Тебе сейчас больно, и я это знаю, — произнёс я. — Если будешь отвечать на мои вопросы, я залечу твои рёбра. И боль исчезнет, и дышать станет проще. Попробуем?

Но в ответ лишь молчание.

Проклятье… И что самое ужасное — Игорь Лебедев до сих пор не появился. Что с ним случилось, до сих пор остаётся для меня загадкой.

Я допрашивал убийцу ещё несколько минут, но он отказывался разговаривать. И тогда в здание госпиталя ворвались городовые. На этом моменте ситуация сразу же вышла из-под контроля. За доли секунды изменилось всё.

Наёмник, осознав, что через считаные секунды его схватят и отправят в тюрьму, резко просунул язык под верхнюю губу, и я услышал громкий щелчок.

— Стой, не делай этого! — воскликнул я и попытался голыми руками вынуть из его рта лопнувшую капсулу, но было уже слишком поздно. Яд пришёл в действие мгновенно.

Я быстро осознал, что на мои пальцы попала жидкость, которой только что воспользовался убийца, и мне пришлось экстренно сорвать с дистальных фаланг кожу с помощью обратного витка. Ведь я и сам рисковал отравиться тем, что только что проглотил мой противник.

Когда городовые подбежали к кушетке, он уже даже не бился в конвульсиях. Я прощупал пульс, аккуратно выслушал сердце фонендоскопом, проверил зрачки, а затем, тяжело вздохнув, сообщил:

— Констатирую смерть. Фамилия и имя неизвестны. Время — пять минут первого, пятнадцатое июня.

— Что?! — удивился городовой. — Злоумышленник скончался?

— Перекусил капсулу с ядом, — сказал я. — Настолько он не хотел делиться с нами своими секретами.

Странно, что эту капсулу мы не заметили во время эндоскопии. Точно такая же история, как и с ножами. У меня такое впечатление, что убийца покрывал все свои инструменты какими-то маслами, дающими временную невидимость. С одной стороны, он нас переиграл. Однако в итоге ему всё равно не удалось выполнить свою миссию. Можно сказать, что мы сыграли вничью. Печально только, что мы живы, а он мёртв.

Да, глупо расстраиваться из-за гибели наёмного убийцы, но я уже привык относиться к жизням с особым трепетом. Как ни крути, а он человек. Мы ведь не знаем, при каких обстоятельствах он попал в эту гильдию. Того же Игоря родной отец продал.

Мы с Сеченовым подробно рассказали городовым, что произошло в госпитале этой ночью. Анна Елина тоже дала свои показания, чтобы убедить полицейских освободить Павла Елина.

Вскоре после этого тело убийцы забрали в полицейский участок. Судя по всему, его собираются отправить в Саратов на патологоанатомическое вскрытие. Такими трупами занимается специальный лекарь, который работает исключительно на городовых. Вроде судебного медицинского эксперта. Мне уже приходилось читать его заключение после того, что случилось с Виктором Балашовым. Специалист там работает толковый, не поспоришь.

Шумиха закончилась, однако на этом знаменательные события этой ночи к концу так и не подошли. Охрана барона не стала покидать территорию госпиталя. Но через несколько часов мы встретили ещё одного гостя, которого я уже очень давно ждал.

В здание вошёл Игорь Лебедев. Бледный, как сама смерть, но, судя по внешнему виду, целый и невредимый.

— Игорь, где ты был? — спросил друга я, отдалившись от Сеченова и Елиной. — Без тебя тут…

— Знаю, — перебил меня он. — Пойдём переговорим наедине. У меня тоже есть новости. Я выяснил, что здесь происходит.