Я смог удивить его лишь своими мутациями, которые, похоже, не были доступны без внедрения оракула, либо же особых мутагенов.

Пробив моё первое сердце, он уже собирался праздновать победу. Но я вновь притворился на секунду мёртвым, после чего смог нанести ему более-менее ощутимую рану.

Сигимар покачал головой, коснувшись пальцами крови на своей ране:

— Интересно.

Я же тем временем украдкой бросил взгляд за спину и обнаружил, что мой отряд уже проходит сквозь портал. А значит, всё было не зря. Обречённо улыбнувшись, я применил [Очистку], окропляя врага кровью. Но принца это не так сильно впечатлило, как прочих врагов до этого. Вытерев мою кровь с лица, стирая с неё и верхние слои кожи, он рванул вперёд, нанося укол, который должен был пробить моё второе сердце. Ведь первое уже было ранено. Так же, как и израсходованы заряды амулета.

Багровая пелена ярости несла меня вперёд. Я с диким рёвом рванул ему навстречу, готовясь к смерти, но тут передо мной возникла преграда, не позволившая мечу Сигимара добить меня. Ни один из нас не ожидал, что между нами окажется Марис.

Активировав [Бастион] прямо перед носом Сигимара, он резко развернулся ко мне и со всей силы толкнул меня щитом, отбрасывая в сторону портала. Но до прохода ещё оставалось пару десятков метров, поэтому щитоносец прокричал:

— Дина, Сильвия, заберите его!

В эту секунду по всему моему телу пробежал холод. Буквально. Лёд сковывал меня по рукам и ногам, а глаза смотрели на то, как Марис поворачивается к уже пробившемуся через преграду принцу и встаёт у него на пути, прикрывая наш отход вместо меня.

Но шансов выстоять у парня не было. И он это прекрасно понимал. Меч Сигимара проигнорировал как щит, так и броню щитоносца, и Марис застыл с остекленевшими глазами.

Сигимар также был поражён произошедшим. Поэтому Марис сумел обернуться через плечо и посмотреть мне в глаза, прошептав напоследок одними лишь губами:

— Уходи. Ты нужен им.

Я хотел кричать во всю глотку, но лёд, сковавший меня, сжал даже горло. В тот момент, когда я, собравшись с силами, разломал ледяные оковы, уже другая магия подхватила меня и забросила в портал как безвольную куклу.

Следом за мной в проход запрыгнула Дина со своими магами.

Мы оказались в штабе Мазарака. Проклятые смотрели на меня озабоченными глазами, но не решались что-либо произнести, видя моё состояние.

Весь истекающий кислотной кровью, прожигающей пол, я осел наземь подрагивая от холода и обнимая свои мечи. Слёзы предательски текли из глаз, поэтому я опустил лицо в землю. Не хотелось, чтобы меня видели таким. Но и сдержаться я не мог.

— Деменс. Где Марис? — услышал я голос Варгала.

Я покрепче сжал челюсти, боясь, что если попытаюсь произнести хоть слово, из меня вырвутся лишь безудержные рыдания.

Благо на помощь мне пришла Дина:

— Он мёртв, — ответила она также дрожащим голосом.

Повисла гробовая тишина. Все поняли, что произошло. Марис пожертвовал собой ради меня и ради проклятых, чтобы они не лишились своего командира.

Аска уже молча суетилась надо мной, исцеляя раны и останавливая кровь.

Через пару минут в помещение вошли представители военного совета:

— Как всё прошло? Вам удалось уничтожить склады? — спросили они.

Я взял себя в руки и мрачно ответил:

— Да. Мы всё сделали.

— Хорошо. Вы получите свою награду, как мы и договаривались.

Когда мы вернулись в расположение, ко мне подошла Дина и неуверенно вымолвила:

— Прости.

— За что? — переспросил я подавленно.

— Ты сам знаешь.

— Мне не в чем тебя винить, — пожал я плечами. — Это была воля Мариса.

— Его тоже не вини. Он поступил верно. Ты нужен нам.

Я вздохнул:

— Марис тоже был нужен.

— Ты понял, о чём я, — Дина легонько толкнула меня кулаком в грудь. — Так что не смей умирать. Я не знаю, какие демоны грызут тебя изнутри, но ты нужен этим людям. Ты обещал вернуть их домой. Так что живи.

Я пристыженно кивнул. Слова Дины заставили меня переосмыслить всё происходящее. Всё это время я старался держаться особняком и насколько это возможно, не привязываться к остальным проклятым. Но теперь я как минимум должен Марису, который любил всех этих людей.

Также я внезапно вспомнил Торвальда. Малознакомого парня, который спас меня на турнире, при этом погибнув сам. Неужели не все люди сплошь лжецы и предатели? К своему стыду, даже после всего того, что для меня сделали ребята, я всё ещё подсознательно ждал подвоха. Но теперь…

Я обвёл взглядом проклятых, и во мне возникло давно забытое чувство доверия к кому-то. Марис доверял им и обменял свою жизнь на мою ради них же. А значит, моя жизнь отныне принадлежит им. И неужели я могу положиться на всех этих людей? Неужели никто из них не вонзит мне нож в спину, когда это ему будет выгодно? Как минимум Марис в это верил. А значит, и мне следовало бы.