Со всех прилегающих тоннелей хлынули аресины, образуя единую волну, сейчас устремившуюся в сторону крепости. Чем сильнее они приближались к рыцарям ордена, тем больше ярость одолевала их, когда они видели оружие в руках воинов.

Я молча стоял и смотрел, как по рядам эбисальцев прокатилась волна неуверенности. Но хорошая выучка не позволила им дрогнуть, и они остались держать строй.

— Отступать! К воротам! — услышал я команду с той стороны.

Орден начал пятиться, выставив щиты в сторону атакующих монстров. Они уже почти достигли ворот, когда мимо меня пронесся вожак стаи со скелетом Чернорука на спине. Из жезла в его костяной руке ударил град молний, выбивая дух из первых рядов рыцарей, прежде чем прикрывающие их маги сообразили выставить щиты, защищающие от магии.

Но, прежде чем силы ордена успели войти в ворота, монстры врезались в них с бешеной силой. Командование ордена недооценило всю опасность, которая им угрожала изначально, поэтому рыцари вышли без должных усилений, позволивших бы им сдержать натиск.

Я видел, как маги поспешно кастуют защитные заклинания, а лекари пытаются поддержать воинов, но меня это уже не заботило. Во мне клокотали непонятные чувства после смерти Строга, и я решил забыться в резне.

[Дробильщик] разрезал доспехи рыцарей как масло, поэтому я орудовал лишь им, ожидая, когда рана на другой руке затянется. Но опасаясь того, что функциональность руки после этого может нарушиться из-за широкого раневого просвета, я свалил на землю первого попавшегося рыцаря и всадил [Кровожор] ему в шею. Кое-как стянув края раны и прижав руку к телу, я принялся высушивать неудачливого поверхностника, пока аресины отвлекали их силы.

Было жаль опаздывать на такое увлекательное мероприятие, но мне пришлось чуть задержаться, дожидаясь, пока ткани схватятся друг с другом. Функциональность руке это в первый момент не вернуло, поэтому я принялся нарезать эбисальцев одной рукой.

С каждой жертвой кровавая пелена ярости лишь сильнее устилала мои глаза, давая столь желанное забытье. [Исступление] несло меня вперёд, а [Бесконечная резня] позволяла не истекать кровью зазря. Однако, когда на моем счету был уже десятый убитый, я стал также замечать и усиленную регенерацию. Поврежденная рука вскоре полностью исцелилась, а поверхностные раны начали затягиваться если не моментально, то, как минимум, на глазах.

До этого я прикидывал, как быстро я смогу исцелять раны в бою, но исходил я из возможностей обычного организма. И по этим прикидкам, восстановление не должно быть столь быстрым. Но, видимо, я не учёл тот факт, что повышенная выносливость сама по себе ускоряла заживление ран, что увеличивало базовую регенерацию.

Однако не было времени восхищаться собой. Потому что на нас со стен уже посыпались многочисленные заклинания и снаряды. Прямо рядом со мной упал один аресин с пробитой из баллисты грудью. И я не выдержал, выходя на связь, рискуя раскрыть группу:

— Локи! Вашу бабушку! Где вы там?!

Сразу ответа не последовало, но через несколько секунд я услышал шёпот призрака:

— Уже почти. Идём к выходу. Дайте еще немного времени.

Ничего не оставалось, кроме как продолжать резню.

Аресины падали один за одним, сраженные магическими заклинаниями со стен. Но это лишь провоцировало в них ещё большую ярость. Поэтому тем рыцарям, которые не ушли за врата, приходилось несладко.

— Закрыть ворота! — Услышал я с той стороны.

Но кто-то не спешил выполнять команду, так как многие из рыцарей еще находились снаружи. Однако, через непродолжительное время решетка всё-таки опустилась, оставляя часть орденцев на растерзание монстрам.

Я не стал участвовать в этом избиении. Вместо этого я остановился и прикинул высоту стен. Моя ловкость сейчас была на высоте, а в сочетании с огромной силой в мышцах и [Сапогами неутомимого прыгуна] она наводила на одну безумную идею.

— Афеллио! Подкинь!

Жезлу не пришлось объяснять детали плана. Хотя, какой тут к чертям план? Меня вела лишь жажда резни. А где сейчас было самое сочное мясо не в консервах? Правильно. На стенах!

Старейшина аресинов сложил ладони лодочкой, подготавливая трамплин. Я оттолкнулся от него и благодаря дополнительному усилию монстра взлетел на высоту стены.

Находившихся там магов и стрелков обуяла паника, а меня лишь кровожадное ликование. Оба моих меча собирали жестокую жатву, не обращая внимания на редкие заклинания, которыми отстреливались те, кто сохранил самообладание.

— Деменс! Мы снаружи! Уходим! — Услышал я голос Локи.

Но я уже не обращал на него внимания. Сминаемые кости стали для меня музыкой войны. А фонтаны крови — её топливом. Из-за [Исступления] я уже мало что соображал, просто с невообразимой скоростью перемещаясь от одного врага к другому, сея смерть. А благодаря [Бесконечной резне] эта резня действительно могла стать бесконечной. Ожоги, раны, ссадины затягивались всё быстрее и быстрее. А кровавые брызги [Кислотной крови] заставляли всех вокруг падать на колени, корчась от боли.

Но ничто не может быть бесконечным. Даже резня.

Когда я раздавил ногой череп очередного стрелка вместе со шлемом, из ближайшей башни выбежал маг. Не из ордена хранителей. Потом, позже я вспомнил, что это был один из главных наставников школы разума.

Он скастовал заклинание, и камни, из которых состояла стена подо мной, заходили ходуном. Вырвавшись из своей кладки, они сформировали вокруг меня кокон, заточив меня в своеобразную темницу.

— Все назад! — услышал я с той стороны голос наставника.