— А, Винсент, рад, что вы пришли, — начал алхимик, поправляя очки. — Думаю, я добрался до сути происходящего.

Эрл жестом пригласил Винсента подойти к прибору, указывая на маленький стеклянный образец, с каплей крови Анны, который уже стоял на предметном столике микроскопа.

— Я уже говорил тебе, но все же повторюсь: этот прибор — чудо современной науки! — начал объяснять алхимик. — Электрический микроскоп, в отличие от обычных, позволяет взглянуть на кровь и её клетки на уровне, который раньше был недоступен человеческому глазу. Если обычный микроскоп позволяет увидеть форму клеток, то этот — проникнуть глубже и под совершенно иным углом. Он использует пучки электрических разрядов. Соединяя молекулы в повторяющиеся структуры, мы получаем таким способом кристаллы. Кристаллическая структура вещества позволяет узнать о молекулах то, чего иначе выяснить не получалось. Он обстреливает кристаллы рентгеновскими лучами, которые отражаются от атомов и засвечивают фотопластинки, оставляя на них повторяющиеся узоры в виде прямых, кривых и точек. Затем, по ним я могу определить структуру молекул, из которых состоит кристалл.

Винсент нахмурился, не понимая из этого рассказа ни слова, а тем более, к чему ведёт алхимик.

— И что ты увидел? — мысленно приготовившись к еще одной непонятной лекции, спросил он.

— В крови Анны есть особая структура, похожая на крайне активные лейкоциты, — объяснил Эрл, взглянув на Винсента. — Она напоминает иммунные клетки, но они у неё развиты в разы сильнее, чем у обычных людей. Эти клетки не только борются с инфекцией, но и изменяют саму кровь, очищая её от вируса Трупного Бешенства, медленно вытесняя зараженные клетки и заменяя их здоровыми.

Винсент, пристально слушавший объяснение, нахмурился ещё сильнее.

— Ты хочешь сказать, её организм сам уничтожает вирус?

— Верно, — кивнул Эрл. — Эта уникальная особенность могла появиться по множеству причин, например, из-за генетического сбоя. Эти клетки словно перерабатываю её кровь, медленно, но стабильно заменяя заражённые частицы здоровыми. Я полагаю, они активизировались слишком поздно, когда процесс мутации крови, а следовательно и тела, уже начался, но если мне удастся выделить эти тела из ее крови, а после размножить в лабораторных условиях…

— Мы получим вакцину от Трупного бешенства, — закончил за алхимика Винсент и добавил благоговейным шёпотом: — О лики Святого Пантеона, неужели у нас получилось?

— О победе еще слишком рано говорить, Винсент, — тяжело вздохнув, ответил Эрл, — даже если мне удастся выделить тела и найти способ их размножения, пройдет не мало времени когда мы выйдем на промышленные мощности. У нас просто нет таких средств, площадей и оборудования. Как ни крути, придется налаживать диалог с королевской лабораторией и фармацевтическими компаниями. Более того — в одиночку мне, сделать это будет почти не возможно, так как вирусология и связанные с ней отрасли — это не мой профиль. Но к счастью, я давно веду переписку с несколькими специалистами этого направления. С твоего позволения, я привлеку их к работе в своей лаборатории. Об оплате их услуг переживать не стоит — я более чем уверен что они согласятся на добровольной основе, ведь если мы сможем добиться результата, государства всех стран нас просто озолотят, не говоря уже об уважении в научных кругах.

Винсент обдумывал услышанное, удивлённый тем, как вовремя он нашёл способ восстановить свое имя. Ведь, если все оставить как есть, даже если у Эрла и его ученых друзей получится создать рабочую вакцину, глупый и упрямый король может просто запретить фармацевтам сотрудничать с Вектором и все их труды пойдут прахом. Будет еще вариант передать наработки в другие страны, но где гарантии что Альбион получит свою партию готовых вакцин до того, как окончательно падёт под натиском оживших и глупости Роберта?

— Прошу, приглашай кого захочешь и продолжай работу — если будут нужны деньги, будь уверен, я их достану. А заботу о короле оставь на меня — мы с Лили уже кое-что придумали и даже сделали первые шаги к решению нашей проблемы, — заверил алхимика Винсент. — Держи меня в курсе и если кроме денег тебе что-нибудь понадобится, что угодно, дай мне знать.

— Надеюсь на тебя, Винсент, — улыбнулся старый алхимик, после чего закрыл за лидером Вектора дверь. У него было много работы, которую кроме Эрла в этом мире, кажется, никто больше сделать не мог. Первым пунктом теперь стоял вызов ученых в Альбион, ведь жили его друзья по переписке отнюдь не в соседних домах и даже странах. Поднебесная, Римская и Российская империи, Египетский халифат и конечно же — Северное Македонское королевство. Такие разные государства и все их связывала одна беда, которую придется решать сообща не взирая на прошлые распри…

Через два дня после того, как помощник Винсента разослал письма лидерам других ЧВК, Лили постучала в его кабинет. Бывший священник, погружённый в размышления о предстоящей встрече, оторвал взгляд от окна и пригласил её войти.

— Ты что-то узнала? — спросил он, внимательно глядя на инженера, которая держала в руках какие бумаги.

Лили кивнула и протянула ему тонкую папку с документами. На её лице читалась уверенность, смешанная с лёгким беспокойством.

— Да, я получила результаты как из городского архива, так и от наших дронов. Информация довольно интересная, но, думаю, тебе стоит самому всё изучить.

Винсент взял папку и открыл её. Первым делом он увидел несколько снимков, сделанных с дронов. Они показывали тот самый особняк, в который проследовал человек из бара, а также различные углы обзора самого питейного заведения и его окрестностей.

— Начнём с архива, — предложила Лили, присаживаясь на стул напротив стола Винсента. — Особняк принадлежит некоему Дугласу Кэрроллу. Формально он числится владельцем нескольких торговых компаний в Сильверхилле, но в реальности это лишь ширма. Настоящие владельцы — консорциум из нескольких малоизвестных фирм, которые, по всей видимости, принадлежат одному и тому же человеку. Скорее всего, Дуглас Кэрролл выполняет роль подставного лица. Но вот что странно: никаких официальных документов, связанных с его деятельностью, кроме минимально необходимых для ведения бизнеса, в архиве не оказалось. Это либо говорит о его высокой осведомлённости и осторожности, либо о том, что он имеет надёжные связи среди городских чиновников, которые могут «чистить» документы по его просьбе.