У одной из лавок, которая была разграблена во время волнений, хозяин стоял с опустившимися руками. Вокруг него валялись разбитые стекла витрины и пустые ящики. Взгляд торговца смотрел на покосившуюся распахнутую дверь.

— Всё пропало… — прошептал он, не решаясь сделать шаг внутрь своего магазина, — я разорён!

На другом конце города пожарные боролись с последними очагами возгораний. Одна из команд выстроилась цепочкой, не подпуская зевак в то время как грузовые автоматоны выносили уцелевшие но промокшие до днища ящики на улицу. Рядом горожане пытались заглянуть через плечи рослых пожарных, чтобы взглянуть на происходящее.

Медленно, но верно, город возвращался к жизни. Люди возвращались в свои дома, к своим делам, но в каждом взгляде сквозила усталость. Многим предстояло вернуться за станки и прилавки, с предвкушением обсуждая события минувшего утра.

На вершине дворцового шпиля медленно развевался королевский флаг, но его тёмные цвета казались невыразительными под угрюмым небом с едва пробивающимися солнечными лучами. В воздухе ещё витало напряжение, и всё же появление кронпринца дало городу некоторую надежду на перемены к лучшему.

Теперь, в тишине, дворец стоял как символ начала новой главы, даже если та началась в крови и разрухе.

Винсент шагал по длинному коридору, его шаги звучали гулко, эхом отзываясь от высоких каменных стен завещанных картинками и украшенных лепниной. Позади него двигались двое гвардейцев, больше похожих на тени, чем на живых людей. Двери в тронный зал были распахнуты настежь, и прохладный воздух из огромного, безлюдного пространства коснулся его лица.

Зал был величественным, но каким-то чересчур холодным даже на вид. Позолоченные колонны упирались в высоченный потолок, а красный бархатный ковёр, протянувшийся от входа до трона, был словно пропитан пролившейся этой ночью кровью. Винсент на миг замер, скользнув взглядом по подиуму, который когда-то был сердцем королевской власти.

На троне, некогда занимавшемся королём Робертом, сейчас, почему-то сидел Эрик. Но его поза не была царственной или уверенной — он скорее просто сидел, привалившись к высокой спинке трона, словно пытаясь не рухнуть от усталости. Его лицо оставалось таким же бледным, но теперь, в свете падающих на него лучей, казалось, что его рубашка ещё больше пропиталась кровью. Вокруг трона не было ни единого слуги, ни одного придворного — только он.

Винсент остановился в нескольких шагах от трона, всматриваясь в лицо кронпринца. «Мальчишка… ещё совсем мальчишка», мелькнуло в голове главы Вектора, который сам имел не самый солидный возраст для подобных мыслей. Но за этими словами скрывалась не насмешка, а скорее удивление. Он привык к тому, что на троне восседает уверенный в себе лидер, хоть его действия зачастую и расходились с этим образом. Сейчас же перед ним сидел человек, который выглядел так, будто несёт на себе груз в десятки раз тяжелее своих сил.

Но взгляд… Глаза кронпринца были словно угли в ночи: уставшие, но горящие. «Он не сдастся», понял Винсент.

Эрик медленно поднял голову и вскинул брови, будто только заметив что его гость уже прибыл. Он сделал жест рукой, отпуская гвардейцев, и те, не произнеся ни слова, развернулись и исчезли за дверями. В зале остались только двое.

— Винсент Филч, — начал кронпринц, его голос звучал хрипло, но твёрдо. — Рад, что вы откликнулись так быстро.

— Приказ кронпринца — дело первостепенной важности, — коротко ответил Винсент, склоняя голову. — Что вы хотели обсудить?

Эрик сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, будто собираясь с мыслями.

— Все эти события… Это немного не то, на что я рассчитывал когда отвечал на ваше письмо, — вымученно улыбнулся кронпринц. — Но случилось то, что случилось. Уж не знаю — благодарить мне вас за это или приказать немедленно арестовать… Но это лишь мысли в слух, а что касается темы разговора, — поспешил оправдаться кронпринц, видя как напрягся его гость, — вы единственный, кому я могу доверить правду… пока.

Винсент не ответил, но его бровь слегка приподнялась. Он ждал продолжения.

— Прошлой ночью во дворце произошло то, что изменит будущее королевства, — Эрик поднялся с трона, но пошатнулся, схватившись за спинку, прежде чем выпрямиться. — Король Роберт… и мой брат Джордж… мертвы.

Эти слова ударили в тишину тронного зала, как камень, брошенный в спокойное озеро. Винсент остался стоять неподвижно, но его глаза сузились.

— Простите за прямоту, ваше высочество, — сказал он спокойно, — но мне бы хотелось услышать подробности

Эрик чуть улыбнулся, но в его улыбке не было радости.

— Они погибли по вине Джорджа… и моей, возможно, тоже.

Он сделал шаг вперёд, глядя прямо в глаза Винсенту.

— Джордж напал на меня. Он… признался в том, что это он подлил сыворотку в бутылку вина королеве. — Голос Эрика задрожал на последних словах, но он быстро взял себя в руки. — Она должна была достаться мне, но идиот лакей перепутал бутылки.

Винсент молчал, но его лицо стало жёстче, словно он был человеком, которого только что осведомили о грязной, смердящей тайне.