— Я еще согласен с борделями, но теперь мы будто просто… Веселимся.

Дома удовольствий сменились игровыми заведениями, таверны, шоу с танцами, хе, даже был показ мод, если считать нижнее белье полноценной одеждой.

— Слушай. Невеста может быть в любом месте, так? — не теряет искры Мими.

— Так. — соглашаюсь.

— Значит, и мы расширяем кругозор! — играет бровями. — И-и-и, ты действительно напряжен, Кван. — загибает пальцы. — Давление со стороны семей, маньяк-убийца, недавняя дуэль с ученицей Долтона. — Похабная ухмылка. — И когда у тебя был секс? М? Ради чего ты себя сдерживаешь? — моя трость в её руках, и ладошка делает движения по дереву вверх-вниз. — Только если за закрытой дверью не помогаешь сам себе! Хе-хе!

— Я тут не играюсь, Мими. — выхватываю трость. — Люди гибнут, может, тебе и плевать, но отчасти я хочу поймать Невесту ради простых жителей. — Это правда. Да, перспектива взять сумасшедшую в слуги — хороший стимул. Но вот смотрю по сторонам… Люди веселятся, в Инкубусе много грязи, но по-своему тут царит мир. Бордель в Свереброр уже давно доказал мне, что даже работницы древней профессий имеют право на счастье, они имеют право жить, и мужчины с женщинами, ищущие утешения в их объятиях, не должны гибнуть из-за хотелок Невесты.

— Дьявол Кван, я же беспокоюсь за тебя. — скрестила руки на груди. — Умей веселиться даже в плохой ситуации. Расслабься.

— Ага. — закидываюсь таблеткой.

Время близится к вечеру, пока Удильщицы ничего не сообщили. Как они вообще смогут что-то сообщить? «У меня всё схвачено!» Успокоила меня Мими. Ладно. Есть время на еще одно место, последней остановкой стала вывеска.

«Утерянный оазис» — хм, не знаю, что такое оазис. Да и само место на бордель не похоже.

Ничего не ожидая, заваливаюсь внутрь. Пресытившись видами чего только можно и нельзя, готов встретить любую похабщину. Ну. Готов и действительность разные вещи.

— Оу. — удивлен я.

— Добро пожаловать, путники! — девушка в очень экзотичной одежде. Как и все работницы, будто из другого мира.

Мешковатые штаны доходили до колен, полоски ткани закрывают женское, та же полоска между ягодиц, много полупрозрачного, много украшений, хитросплетение нитей. Нижняя часть лица скрыта за шалью. Тут жарко, помещение утопает в дыму кальянов. Все девушки… Помню из книг. Утерянная культура востока. Восточные принцессы танцуют на стойках, сидят на коленях посетителей, движение бедер, танец живота, заигрывание. Но нет, ам, секса.

— Оазис. — хлопнула по моему плечу Мими. — Особое место, девушки танцуют для тебя, трогать руками запрещено. — подмигивает. — Только с позволения и за очень большую сумму.

— Шанс, что тут покажется Невеста…

— Да-да. — щелкает пальцами Розовая. — Дорогуша, дайте этому парню столик! — добавляет шепотом. — Это Алый Принц.

— Ох! — сразу смекнула встречающая. — Важному гостю, важное обслуживание. — водит пальцами. И ко мне сразу подлетели еще девушки, уже тянут за собой.

— Я… Я не…

— Ничего не говорите, господин. — приобнимает одна за правую руку.

— Оставьте проблемы на пороге. — жмется другая к левой.

Как же… Приятно. Пышная грудь со всех сторон. От них вкусно пахнет. Когда меня усадили за отдаленный столик, Мими, взяв напиток, села за другой. И судя по тому, как приподняла бокал с улыбочкой… Она и не рассчитывает на охоту. «Отдохни». Я мог бы уйти прямо сейчас, но у нас уговор. Эх. Нечего делать из себя страдальца. Хорошо… ХОРОШО! Час перекура будет полезным. Вот только.

Перед моим глазами пятая точка смуглой кожи, еще чуть влево, танцовщица проводит рукой по груди.

Я сейчас сгорю.

— Дайте мне. — ловят каждое мое слово. — Что-нибудь выпить… И я хочу посидеть без танцев. — расстёгиваю верхние пуговицы рубахи.

— Как пожелаете. — на удивление не расстроились восточные красотки. Им только в радость не тратить в пустую время.

А вот Мими недовольно цокнула. Да что ты от меня хочешь, Мививиксис? Отвали. Тут концентрируюсь на её пальце. Кольцо. Раньше его не было. Картежница постоянно поглаживает посеребренное, отвлеклась на мгновение, когда для неё начался танец.

— Давай, фея, покажи, что умеешь! — лыбиться Мими, дав волю танцующей оседлать себя.

— Ваш напиток. — теперь отвлекли меня. Женщина поставила стекло на столик. Какой приятный голос. Она специально делает его мягче, умеет изменять.

— Благодарю. — не глядя тянусь за выпивкой.

— Танец? — продолжает говорить незнакомка.

— Нет. — делаю глоток, ставлю на место. — Сейчас есть только одна женщина, на которую я хочу смотреть. — поднимаю взгляд. — И вы не… — мои глаза расширились. Я умер, воскрес, воспарил.