Алиса встала.

— Идем! За мной! — Взбирается наверх.

Больше часа мы топтали серый песок. Ориентиром стал новый дым, даже несколько потоков уносилось к небу. В какой-то момент девочка стала потирать ноги, обувь ей была не по размеру, видимо, она уже давно ходит по пустоши. Искала тело убитого.

— Правда можно? — Предложил я сесть на Бальтазара.

— Он не против. — Конь фыркнул. — Он не против, говорю. — Настаиваю.

Через явное не хочу подсаживаю Алису на животинку.

— Держись крепче.

— Спасибо, мистер лошадка. — Легонько гладит гриву.

Снова фыркнул. Недотрога…

— Тебя не пугает его облик? — Идет по другую сторону Асити.

— Краснохватка, конечно, жуткая. — Смутилась Алиса. — Но у нас много Пророженных. — Косится на меня. — Не таких… Ам. Больших.

— Да, мне повезло. — Улыбаюсь. — Я был одарен сполна.

— Одарен? — Кроха быстро почувствовала… Безопасность рядом с нами. Видимо, отсуствие желания ограбить или снасильничать уже достаточный критерий хорошего человека. — Я думала, это проклятие!

— Не все проклятие, что жуто выглядит. — Улыбаюсь малютке. — Порой это сила, которой нужно научиться пользоваться.

— У-у-у. Мистер Коста, вы так же умны, как дядька Грокс. Только моложе…

— Спасибо… Наверное. — Держу поводья Бальтазара, веду за собой. Алиса смеется.

Прежде чем мы вышли на прямую до деревни. Ловлю весьма странный взгляд Аси. То, как она наблюдает за мной и Алисой. О чем-то думает и кивает сама себе. К чему бы это?

— Пришли. — Прижалась девочка к шее коня. — Мой… Дом.

Не самая большая деревня. Как будто путешествие сквозь время. Не дома, но полукруглые хибары, много шкур, ткани. Рядом протекает ручей грязной воды. Вижу подобие грядок, из чернозема торчат макушки темной зелени. Люди вдалеке не то что были заняты, а увидев наш отряд, всполошились не на шутку.

Но сейчас я закипаю от гнева.

— У вас всегда так? — Сжимаю зубы.

— Нет. — Тихо прошептала Алиса. — Это Рюк.

По обе стороны дороги стоят столбы. Две штуки с каждой. И на каждом разлагающееся тело. Мужчины. Прибитые к плоти деревянные таблички гласят: «Нарушитель».

— Дедушка Роб, братец Жвики. — Узнает каждого Алиса. — Все они защищали нас…

— Теперь я даже рада, что мы согласились, Коста. — Хрустнул пальцем Аси. — Потрох возомнил себя королем. Если пользуешься силой карт, значит ты вступаешь в игру.

— Да. — Начинаю идти вперед. — Давай покажем ему последствия.

— С удовольствием. — Горят оранжевые зрачки.

— Бам, сучара! Ха-ха-ха! — шлепает на стол игральную карту мужик с густой бородой. Внешность бывалого головореза контрастирует с весьма писклявым голосом. — Серебряки на стол!

— Да иди ты… — кидает карты другой.

— Паскуда, мухлюешь! — сдается последний.

Трое бродяг сидят на открытом воздухе. Стол, три бочки, рядом дом. Из дома аккуратно зашуганной мышкой выглядывает Прокаженная женщина. Несет кружку. Но, завидев наше приближение, застыла на месте. Все жители видя нас, ничего не говорят, просто смотрят.

— Тварь, чего застыла? — сплевывает бородач. И, проследив за её взглядом, — Мать вашу! — вскакивает на ноги. Бочка падает. — Срань-срань-срань! — убегает к самому большому дому в центре.

Его приятели за ним.

— Хе. — поправляет челку Аси. — Это, наверное, была стража?

— Шелковый Поцелуй Долтона Шута теперь кажется не таким плохим выбором. — поддерживаю смешок.

— Алиса? — боится пошевелиться Прокаженная женщина. Руки дрожат. Несколько жителей все же взялись за оружие. Ну как оружие? Мотыги, кирки, топоры. Они на пределе, они искренне хотят помочь девочке.

— Отпустите её! — выкрикивает еще одна девчушка, натянув рогатку в нашу сторону. — Мх! — сразу зажал ей рот старичок, оттаскивая назад.

— Молчи, Пирли! — говорит грозно. Но то страх за её жизнь. Что он, что сама Пирли охвачены краснохваткой. Маленькие участки. Немного у глаз, у кого лоб. Шея. Почти у каждого виднеется след «проклятия».

— Все хорошо! — наконец вступила сама Алиса. — Это игроки! Они согласились помочь!

— И-игроки? Здесь? — моргает старик. Густые брови, морщины, выцвевшие глаза. М-м-м. Слово «старик» немного преуменьшает весомость старосты. Да, старый. Но вот его руки, плечи, габариты. Такой может и голову снести, если пожелает. — С-с-с! Пирли! — укусила его подруга Алисы.