Слегка откинув голову и скрестив руки, я взглянул на старый деревянный потолок, освещаемый фонарями и свечами, и начал думать. Вандер дал мне время на размышления, причём, судя по его спокойному лицу, он бы не стал больше говорить против любого моего решения.

Он поднял одну очень интересную тему. Желал ли я остаться в Зауне, или брошу его ради лучшего места, если мне его предложат? Очень хороший вопрос, на который не так-то просто найти ответ.

С одной стороны вполне очевидно, что уровень жизни в Пилтовере значительно выше всего, что может предложить Заун. Даже богатейшие химбароны вроде Силко живут в тех ещё дырах, при этом дыша тем же самым грязным воздухом и пробуя ту же отравленную воду.

И пусть их чистят и пускают через лучшие фильтры, атмосфера Нижнего города марала всё, до чего прикасалась. А потому как бы не укрывайся от окружающего мира, но ни одни деньги не защитят от случайного прорыва трубы с химикатами или падения многоквартирных домой, чьей фундамент наконец-то сдался под напором времени.

Но с другой стороны — а что делать наверху? Предоставить свои знания и стать самым лучшим из «Заунитов», подбирая объедки со стола настоящих владык?

Хотя у меня и не было достоверной информации, но что-то подсказывало, что торговые и промышленные семьи, веками эксплуатировавшие народ, не станут как с равным обращаться пусть даже к самому блестящему и гениальному выходцу Нижнего города.

Предрассудки и слабости людского разума не позволят подобному случиться ни при каких обстоятельствах. Вероятно, человечество вообще в любой вселенной опускается до этих грехов, независимо от существования других рас или даже самой настоящей магии.

А ведь не стоит забывать и про момент моей дальнейшей научной деятельности — покинув Заун, я тем самым оставлю и Синджеда с Рио и его цветами. Связав себя настоящими законами и формальностями, я вернусь к тому состоянию, от которого задыхался в прошлой жизни.

Связанный, обязанный всем и вся, но при этом живущий без возможности по настоящему творить. И подобная участь медленно сгнить изнутри меня пугала куда больше возможности упасть в настоящую грязь, которой в Зауне предостаточно.

— Думаю, что всё-таки откажу, — медленно проговорил я. — Пилтовер, конечно, может предоставить очень многое, но ничего в жизни не получить без платы. И точно не мне обводить вокруг пальца акул бизнеса, чьи династии уже веками истощали наш город от умов и ресурсов.

— Рад, что ты сделал выбор, — кивнув, ответил Вандер, слегка взмахнув трубкой и тем самым создав облачко дыма. — Правильный он или нет, решать не мне — время расставит всё на свои места. Вместо этого у меня есть к тебе особая просьба. Когда встретишься с Хеймердингером или его людьми, выскажи что думаешь, но замолви пару словечек за Паудер с Экко. Они уже показывают свои блестящие способности, которые не раскрыть среди местных и не направить в мирное русло. Вот только им нужны настоящие учителя и место, где им не придётся волноваться о постоянных кражах, случайно зашедших психах и войнах взрослых.

Закончив говорить, он резко достал с пояса несколько самодельных игрушек, который поставил на стол передо мной. Одни небольшие часы и заводная обезьянка, бьющая в барабан, если её завести.

С первым образцом техники я даже оказался знаком — один хороший часовщик на рынке также порой лично для нас с Синджем порой создавал нужные приспособления для исследовательской техники.

Рядом с ним постоянно кружился ещё один пацан-помощник, который действительно был очень хорошо осведомлён для своего возраста, и в вопросах механизмов разбирался чуть ли не лучше меня, несмотря на нашу немалую разницу в возрасте.

А потому вполне легко поверю, что часы он сделал сам. Настоящий талант и умелые руки у мальчишки действительно есть, а значит он действительно далеко пойдёт, если дать ему нужное образование. Хорошая работа, добротная, однако всё равно не столь впечатляющая, как самая примитивная игрушечная обезьяна.

Ведь пусть она и могла показаться мусором, внимательный глаз мог найти небольшой провод, связанный с заводящим механизмом. И вёл он внутрь механизма, где явно скрывалось кое-что очень интересное.

Запах динамита я всегда узнаю. Где только маленькая девочка его нашла? Во время последней войны почти всё проданное было потрачено во время финальной битвы, и лишь редкие оставшиеся связки можно было найти у немногих выживших. Неужели кто-то умудрился потерять или продать подобное?

В любом случае, также шикарное произведение настоящего гения. Даже удивительно, что Вандер нашёл двух столь одарённых детей, но теперь вполне понятна и его мотивация. Однако некоторую проверку его характера и мотивов ещё нужно провести: