Рёв тварей, начавших последние недели недавно терроризировать как Верхний, так и Нижний город, уже стал частью страшных сказок обоих городов. Тёмные существа, будто бы сотканные из самих теней, каждую ночь выходили на улицы города, чтобы взять новую жертву. И против них было бесполезно любое из орудий людей — ни клинок, ни стрела, ни пуля — ничего не могло повредить их твёрдую чешую и плоть, которая будто бы не знала усталости.

Лай гончих был слышен издалека, однако людей это не спасало. Наоборот, он лишь усиливал страх тех, кто пытался со всех ног покинуть тесные дома, где они были лишь мясом для этих зверей. Вот только как бы они не бежали, как бы не пытались отстреливать темноту, но полутораметровые красноглазые гончие в конце всегда прорывались через орды людей, оставляя позади себя лишь окровавленные куски плоти и разорванные тела.

Их пасти без проблем сминали конечности, доспехи и даже черепа, отчего иногда погибших от их нападений даже не удавалось опознать. И если в Зауне подобные происшествия лишь стали причиной уменьшения сброда на улицах, а также повышенной боевой готовности вместе с массовой покупкой оружия, то для Пилтовера наступили куда более мрачные времена.

Не привыкшие к подобным ужасам люди стали требовать от Верховного совета решения наступившего кризиса, вот только у них не было решения. Даже сами гончие, всегда уходили неизвестным образом, будто бы сливаясь с тенями, где родились, а ведь они даже не были самой страшной частью новых кошмаров.

Сильнее всего по репутации города ударила резкая смерть влиятельнейших зарубежных торговцев и представителей других стран. Официальные лица Ноксуса, Ионии, Шуримы, Демасии и прочих мест погибли без чьего-либо наблюдения. Причём смерти происходили всегда в одно и то же время — ровно в полночь, когда улицы были темнее всего, и мало кто уже решался выйти на улицу.

И наступала погибель каждый раз мгновенно — посторонние люди могли слышать момент, когда звуки внутри комнат и особняков крупных торговцев резко затихали, пока всё погружалось в ледяную тишину. И вся стража с охраной, что наблюдали снаружи, в итоге находили лишь оторванные головы, и обглоданные хребты, собранные в центре комнаты подобно какому-то трону.

Лишь единожды удалось хотя бы просто увидеть порождение, которые было ответственно за этот ужас, но и это не принесло ответов — только больше вопросов. Самые эффективные тайные убийцы всего Верхнего города, про существование которых знал лишь сам Верховный совет и несколько избранных, не смогли даже поцарапать стальной хитин пурпурной насекомоподобной твари с изумрудными крыльями. Они ничего не смогли сделать, прежде чем порождение издало треск и будто растворилось в воздухе. Через три дня все убийцы вместе с их семьями исчезли, оставив после себя лишь кровавые пятна.

Новые убийства происходили каждый день, и вместе с ним рос как страх масс, так и беспокойство элит. Пусть никого из истинной верхушки Верхнего города пока не ликвидировали, однако постепенные чистки иностранных граждан уже ударили по их торговым соглашениям сильнее, чем кто-либо мог позволить. И ища способ решить это проблему и очистить город от монстров, они решили обратиться к единственной силе, которая могла им сейчас помочь. Даже если у Пилтовера не было невероятного орудия, всегда можно попытаться задавить врага массой.

.

В любой другой день Силко бы радовался тому, как высоко он смог подняться и какие люди сели за стол переговоров, однако сейчас на его лице не было улыбки. Будучи человеком организованного разума, он всегда недолюбливал хаос в любой его форме. Даже если он помогал ему подняться и ещё сильнее приблизиться к достижению мечты всей его жизни — преступник и революционер прекрасно понимал, что сегодняшняя буря может смести его завтра.

И лидеры Пилтовера тоже понимали его чувства, пусть и старались держать лицо на дипломатической встрече. Но Силко умел читать людей, даже пытавшихся закрыться от него, отчего отчётливо видел главное в их глазах — они боялись. Господа, в чьих руках находились золотые реки и торговые ключи к практически каждому городу их мира опасались за то, что нельзя купить или обменять — за собственную жизнь и души своих семей.

Их безопасность — это единственная вещь, которая интересовала сильных мира сего, больше чем деньги и власть. Все понимают, что мертвецы не считают монеты, а потому стоило появиться первым настоящим угрозам, с которыми не справится одним вливанием средств, и верховный совет дёрнулся, явив своё слабое место. Они показали свой страх, а потому теперь были готовы на очень многое, лишь бы прикрыть собственные шкуры. И Силко собирался воспользоваться их слабостью на полную.

Расположившись в не самом приметном здании старой академии, которая после пожара теперь являлась лишь неприметным музеем, представители совета Пилтовера явно не хотели акцентировать внимание публики на том, что они спустились в Заун, ради решения своих проблем.

Однако Силко хватало и того, что они согласились на его условия и сейчас к нему прибыли истинные держатели власти в городе, пусть и не лишённые своей охраны, сейчас исчислявшейся десятками отлично вооружённых Миротворцев. Мужчины и женщины, которые держали в руках жизни десятков тысяч разумных, расположились на одной стороне стола, пока на противоположной восседал лишь он один.

Силко уже знал каждое из разукрашенных лиц, которые предстали перед ним сегодня, но теперь их встреча была официальной. Сейчас он уже не какой-то жалкий революционер, желавший кровью добиться справедливости, а опытный химбарон, прошедший через настоящую войну. Теперь он добьётся своего, и с куда меньшими тратами.