— Держать строй! Стоим! — резко приказал Айр, запахнув забрало и прикидывая на глаз количество неприятелей. Выводы были хреновые — обычных бойцов было четыре десятка справа и три с левой стороны тракта. К счастью, Скиталец, похоже, был только один.

Свежеватели были по уши в грязи, отчего казались ещё более чудовищными, чем обычно. При их виде возницы поспешно полезли под тент телег — за сражение с такими тварями им не доплачивали. А гвардейцы окружили повозки, прижавшись к ним спиной с двух сторон и организовав стену щитов. Рой стрел, выпущенных тварями, с бессильным лязгом разбился о сталь. Вой Скитальца нарастал вместе с приближением монстров ближнего боя. Вооружённые в основном копьями и не обременённые тяжёлой бронёй, окружённые едва заметным фиолетовым туманом, они бесстрашно неслись по грязи, черпая силы в мистическом голосе своего лидера.

Вырвавшийся вперёд свежеватель, обогнавший всех остальных, наткнулся на острые жала копий. Желтый и ещё один гвардеец ударили прицельно, без замаха, пробив палую грудь экономными движениями и сразу выдернув наконечники — тварь издохла, не успев даже приблизиться к людям. Но следом неслись сразу пятеро. Один из монстров, отбросив копьё, выхватил длинный костяной кинжал и с протяжным рёвом прыгнул вперёд, буквально нанизывая себя на копья. Это замедлило гвардейцев лишь на мгновение, необходимое, чтобы стряхнуть труп, но этого времени хватило, чтобы лязгающие длинными клыками отродья Лангарда оказались вблизи и, схватившись за край щитов, с немыслимой силой потянули их в разные стороны.

— Шаг! Давим! — рявкнул Айр, и взмахом длинного меча располовинил одну из тварей в прыжке.

Строй дрогнул — и, как единый живой организм, качнулся вперёд, стряхнув вцепившихся свежевателей, словно бурый медведь стаю волчар. Свежеватели сражались налегке и были чертовски быстры, но гвардейцы оказались куда крепче и устойчивей — именно благодаря тяжёлым доспехам и строевой выучке. Первый ряд чудовищ оказался вдавленным в землю: короткие копья их разили прицельно, пронзая тела и оставляя небольшие, но смертельно глубокие раны.

Но проблема никуда не делась. Скиталец на холме верещал так, будто вызывал к себе весь ад. Его вой с каждой секундой накатывал всё сильнее — волны отчаяния давили на сознание, даже тренированный ум начинал дрожать под тяжестью кошмарных видений. Свежеватели черпали силу в этом голосе — становились сильней и свирепей. Сражение превращалось в бойню, где каждая секунда откусывала по клочку из казавшегося нерушимым строя щитов. Айр понимал: если Скиталец не сдохнет — эти твари их скоро сомнут. Но и добраться до него было невозможно, пока вокруг кишмя кишат мелкие выродки.

Лязг стали, крики, проклятия. Один из бойцов Желтыша получил стрелу прямо в забрало. Другого воющие твари вырвали из строя, когда он поскользнулся в грязи. Конечно, за каждого павшего гвардейца они забирали шестерых, но этот коэффициент стремительно ухудшался — строй вытягивался, в нём появлялись дыры, всё больше бойцов истекали кровью, держась из последних сил. Айр перехватил взгляд десятника и холодно бросил:

— Прорываем строй. Продержитесь пару минут — я иду за главарём.

Гвардейцы навалились всем весом. Копья ломались о костяные наросты, в ход пошли кистени и боевые клевцы, дробящие черепа как гнилые орехи. Айр, окружённый пульсирующей, почти осязаемой аурой ярости, рванулся вперёд, прямо сквозь монструозную толпу. Свежеватели бросались на него, гасили импульс, тянулись руками, пытались сбить с ног — но гибли под тяжёлыми сапогами и вспышками наполненного волей булата.

Мгновение — и он уже казался увязшим в этом хаосе, готовым исчезнуть под валом тел и клыков. Доспехи трещали, тяжелый щит Айр использовал как таран и едва удерживал в могучих руках. Но затем ситуация на поле боя переменилась, часть тварей попятилась и бросилась назад, вверх по холму на помощь своему вождю. Айр вскинул глаза: Скитальца уже безжалостно нарезали в мелкий салат.

Глава 13. Воссоединение

Девушка стремительно бежала через лес, перепрыгивая через заполненные мутной жижей овраги и попавшийся по пути невысокий кустарник. По мере того как величественные кроны над головой уступали место ярко-синему небу, почва под ногами становилась всё более зыбкой — судя по всему, здесь недавно прошёл сильный дождь. К счастью, Лана весила не слишком много, а двигалась очень быстро, потому почти не замедлилась. Она стремилась на звук, отражавшийся жаром в душе — звон стали, такой родной и знакомый, — он влек её, как пламя свечи мотылька.

Спустя десять минут бега звуки сражения стали громче, сребровласка приближалась к кромке леса. Судя по всему, битва происходила на тракте. Голос командира, отдающего приказы, показался Лане знакомым — она ещё прибавила прыти. А затем до её слуха донёсся рёв, такой знакомый и ненавистный. Подобным образом кричали только свежеватели, а точнее — их редкий и крайне опасный подвид — Воющие Скитальцы. Эти мерзкие ублюдки были той ещё занозой в заднице, старательно избегая кровавой мясорубки ближнего боя, подходя к врагам лишь тогда, когда всё было кончено, чтобы вырезать их сердца.