Теперь две трети сколопендр развернулись на меня. А оставшаяся часть продолжала добивать уже практически лежащего медведя и атаковать второй отряд дозорных с противоположной стороны.

Я же стоял посреди поляны, залитой мерзким серо-зелёным соком, и чувствовал, как во мне кипит кровь.

Смертельный укол в нужную точку, быстрая модификация оружия, контроль дыхания и энергии. И идеальный контроль над новым, молодым телом. Даже обычное сражение, к которым я давно привык, сейчас вызывало бурю эмоций и настоящее, искреннее удовлетворение.

Когда в мою сторону рванули сразу два десятка злющих сколопендр, стало по-настоящему жарко. Одной только физической силы и мастерства фехтовальщика уже не хватало.

Будь я в прежнем теле — ещё потянул бы, но сейчас… Я начинал выдыхаться. Источник показал дно: почти вся мана ушла на постоянное изменение шпаги. Без усилений обычный металл давно бы пришёл в негодность от столкновений с этими бронированными тушами.

Но не зря же я всё это время сберегал зелья. Не зря держал при себе весь свой алхимический арсенал. Пришло время сражаться по настоящему, как боевому Алхимику, а не обычному магу.

Ещё до того, как волна тварей захлестнула меня окончательно, я достал из подсумка флакон с зельем расширения источника и залпом выпил его. Внутри тут же вспыхнуло пламя, обдало изнутри жаром — и тут же накатила волна холодной ясности. Источник моментально удвоился. Я вновь был полон сил, и стал куда сильнее, чем был ещё мгновение назад.

Вот теперь другое дело.

Энергии хватит, чтобы разобраться со всеми оставшимися тварями — особенно с таким запасом зелий. Первым пошёл флакон паралича. Метнул его в скопление сколопендр — и в мгновение ока четверо насекомых замерли, словно их выключили.

Долго они так не пролежат. Парализующее зелье не было рассчитано на тварей разломов, но хотя бы минуту — а это в бою вечность — они будут вне игры.

Следом пошла огненная вспышка. Я метнул её прямо в морду одной из тварей — пламя мгновенно охватило хитиновую башку, поджарив шипы и глаза. Волной жара отбросило и рассеяло ближайших сколопендр. Строй тварей распался.

Перед самым столкновением с остальными я бросил в ход весь запас зелий ледяной ловушки. Мелочиться было не время и не место.

Вспышка — и земля под ногами врагов покрылась инеем, а из центра вспучились ледяные щупальца. Они обвились вокруг ближайших тварей, сжали их в магических тисках. Хитиновая броня выдержала, но на десяток секунд насекомые стали лёгкой мишенью для артефактов дозорных.

Оставшихся я бил уже по старинке — точечными уколами в слабые места, под стыки панциря. Команда дозорных, увидев, как я работаю, быстро смекнула, в чём суть моей тактики, и подхватила темп. Морозов, Пушкарёв и Разин начали стрелять более осмысленно, прикрывая меня и добивая раненых.

Парочку сколопендр они даже завалили сами — ещё до того, как я до них добрался. Тех самых, застрявших в плену ледяных щупалец. Молодцы, чисто сработали.

Но, судя по их шокированным лицам и редким, но очень красноречивым репликам, стало ясно: этот разлом был им не по зубам. Артефакты слишком слабы. Магия — почти ни у кого не подготовлена. И всё держится сейчас лишь на одном — на алхимике, который не прочь идти в ближний бой. Не хотел я так быстро выделяться, но раз уж так сложилось — нужно обязательно обойтись без жертв.

Весь бой занял не больше пары минут. Ещё дважды пришлось использовать зелье огненной вспышки и один раз — парализующее. После этого живых тварей вокруг попросту не осталось. Я истребил всех.

Удалось это мне, впрочем, не так уж легко, как хотелось бы. Полный минуту назад удвоенный источник маны теперь снова был почти пуст, в нём остались лишь жалкие крохи энергии. А шпага, несмотря на все проведённые мной изменения, стала практически непригодной для дальнейшего боя. Но оружие справилось со своей задачей. Это главное.

Утерев пот, катившийся градом со лба, я осмотрел поле сражения. Второй отряд дозорных сумел отбиться от оставшихся сколопендр — во многом благодаря магии льда. Анна же к концу боя выглядела ничуть не лучше меня. Едва держалась на ногах, но не позволяла себе показать слабость. Что ж, весьма недурно. Метит в охотники — и явно не без оснований.

Я потратил остатки маны на частичное восстановление. Подавил на время усталость и быстрым шагом направился к спасённым. Нужно было убедиться, что все живы, и оказать первую помощь.