В зале уже собралось прилично культистов, правда, я не знал, сколько их всего в Твердыне хотя бы примерно. Остаётся надеяться, что Кайра не предаст, и им с Росом хватит сил справиться со всеми возможными препятствиями.

— Сегодня, — внезапно завопил первосвященник, —особенный день! Полная луна взошла над Лиманой, и вот-вот она окрасится в алый, как было завещано нам Великим и Могущественным Безликим богом!

Культисты зашумел, загалдели, возрадовались. У меня идёт таймер. Надеюсь, эту свою речь главарь закончит пораньше.

— В эту священную ночь врата между Геенной и Лиманой откроются по воле высших сил и сущности, обитающие во мраке, узрят свет и благодать нашего бога!

— Бога истинного! Бога милостивого! — поддакивала толпа.

Ну что безобразие? Лизоблюды… Дуалерос у скромнее стоит быть. А мне вообще не понятно, за что его с таким рвением превозносят. За какие заслуги?

— Так пусть тело сие, —вдруг указал первосвященник на меня, — послужит сосудом для новой жизни, возжелавшей света. Ибо бог наш велит нам быть щедрыми и делиться с нуждающимися всем, чем богаты.

— Чего? С нуждающимися? Это кто тут нуждается? Демоны, что ли? — я, мягко говоря, изумился. Хотел молча подождать, чтобы понять, что тут к чему, но на деле все запуталось ещё больше.

— Молчи, девка! Тебе слова не давали! — шикнул на меня один из двоих, что держали, и больно сжал мое плечо. Вот мразь! Знает, что ему отпора не дадут, вот и берега путает.

— На алтарь её! — скомандовал первосвященник, закатывая рукава и молитвенно складывая ладони. Все в зале последовали его примеру, но ещё и на колени опустились.

— Воздадим хвалебную молитву нашему покровителю, дабы открыл он священные врата!

Меня поволокли под медитативный самозабвенный шепот толпы, к которому прибавился глухой ритм барабанов, к алтарю в центре зала. Краем глаза я увидел, что луна за окном прямо на глазах будто наливалась кровью!

Меня уложили спиной на камень, держа за запястья с обеих сторон, словно распяли. При том, ногами я упираюсь в пол. Какой-то дурацкий мости с поддержкой, не иначе…

В руке первосвященника, который пошел на меня, сверкая глазами из-под капюшона, не знаю, как и откуда, появился кривой ритуальный кинжал. А прямо надо мной в воздухе проскакивали сиреневатые искорки, сгустки сизого дыма от благовоний свились в небольшое торнадо, наливающееся насыщенным фиолетовым светом.

— А это ещё за хрень, Микки?

— Портал, Господин!

— Приди, сущность, в этот сосуд! Во славу Безликого бога!!!

Первосвященник культа занёс кинжал, а я решил, что этот цирк пора заканчивать.

~Аватар слот 4 активирован~

На глазах фанатиков изящная беззащитная девица превратилась в огромного хобгоблина.

Мне не пришлось даже напрягаться, чтобы послать в свободный полет держащих мои руки культистов, а мощным пинком ноги заставить колокола первосвященника зазвенеть.

Наблюдавшие эту картину сообразили, что что-то идёт не так лишь тогда, когда я поднялся с алтаря и огласил Твердыню своим протяжным рыком.

Началась паника! Сектанты бросились к дверям, толкаясь и вереща. Едва успев отдышаться, первосвященник воздел руки вверх, в попытке привлечь внимание и остановить всех, но никто его не слушал. Сброд, да и только. Мне что, получается, что и делать -то ничего не надо?

Хотя… Выпускать этих мразот из зала ещё рано. Кайра как раз должна начать спасательную операцию, а значит, нужно выиграть время.

— А ну, стоять, мясо! — прорычал я, хватая первосвященника за шиворот, — стойте, иначе вашему вожаку откручу голову!

Конечно, никто не остановился, не послушала даже не прореагировал. Наверное, должность первого священника выборная, любой может заменить его.

— Стойте, сволочи! —возопил первосвященник, внезапно решив мне помочь, — выпустите одержимых чудовищ! Пусть разорвут его на куски!

Те, которых я отшвырнул в стороны, опрометью бросились выполнять приказ. Они стягивали старые, испещреные символами гобелены, под которыми оказались огромные клетки с заточенными одержимыми тварями. Гадкие химеры — неудачные эксперименты по переселению сущностей из Геенны.

По залу стали распространяться миазмы. Мне-то ничего, а вот людям явно не поздоровится. Должно быть, из сдерживали зачарованные тряпки на клетках.

Теперь же четыре одержимые зверюги выбрались на свободу! Я бросил первосвященника в толпу его прихвостней и сфокусировался на врагах.

Один похож на вепря с горящими сиреневыми глазами. Его туша уже настолько извращена сущностью, что он напоминает зомби: местами облезла шкура, местами вспузырилась, бивни стали больше и острее, а копыта массивнее и обросли шипами.