Шрифт:
Почувствовала, как меня подхватила и понесла…неведомая сила…От неё пахло…фу! Конским потом? Ну и пусть, зато…тепло и быстро…Да, тепло… Уютно… качает…волна…укачивает…убаюкивает…И пусть весь мир…
— Госпожа, госпожа-а-а!
«Ой, голова-а-а…Почему…А, я же вчера…релаксировала…под забором…А как я… оказалась — огляделась, с трудом открыв глаза — в комнате?»
— Госпо…Барышня-а-а-а! Как же…? — Сяо? Ну что надо?
— Чего ты…орешь? Ой, башка моя…И чем вы меня накрыли? Тяжело! — я попыталась избавиться от давящей на живот мужской руки…Какой руки?!
— Доброе утро, невеста! — раздался рядом мурлыкающий голос…Цзяна?
— Что?! — я повернула гудящую голову и наткнулась на сонное улыбающееся лицо… Мать его, жениха!
— Барышня-а-а-а… — пропищала служанка…из-за лежащего на боку мужчины…в моей кровати! Пи…ц! — Я…Я…пойду! — и усвистела!
А я…почувствовала, как на глаза набегают слезы! «Опять сейчас расплачусь… Почему…опять? Во сне…Или это…был не сон?».
— Ты что…здесь…делаешь…кхм…Цзян-гунцзы?
— Отдыхаю после долгой дороги? — съязвил… «сопляжник»?
— А почему…в моей…постели? — заикаясь, смущаясь и…радуясь одновременно, прошептала, пожирая открывшимися от удивления глазами действительно усталое, похудевшее, но все еще ослепительно красивое и…желанное лицо.
— Ну, будем считать, не смог вырваться…из твоих крепких объятий… — ухмыльнулся парень и…поцеловал мою ладонь, потом провел рукой по моей щеке. — Ты…просила не уходить…хотя бы во сне…Как я мог отказаться? Тем более, я и, правда, очень устал…И решил остаться. У тебя уютно. И сопишь ты…прелестно…
— Так ты…Как ты попал в сад? Ночью? И собаки…Они? — не дам сбить себя с мысли!
— Узнали, поворчали и не мешали…Через ограду я перелез! Хотел просто заглянуть на минутку, посмотреть, как ты тут… Думал, никто не увидит…А наткнулся на сидящую под деревом, бормочущую всяко-разно, тебя…рядом с пустым кувшином и псами…Искушение было слишком велико…
«Ни капли не сомневаюсь, зараза!»
— Так…это…ты-ы…Ты…задавал…те…вопросы? — у меня засосало под ложечкой…
— Виноват! Прости, прости — этот гад…долгожданный прикинулся невинной овечкой и смотрел на меня так…жалобно. — Я очень скучал! А еще я…любопытный! А ты…такая…интересная! Я теперь…еще больше убежден, что брак с тобой будет самым захватывающим приключением в моей жизни! — лыбясь во весь рот, заявил будущий муж, а меня пронзило воспоминание о том, как я…Боже, срамота-то какая…
— А-Ю, что ты там себе подумала? Я о скромной церемонии! Про все остальное…
Я подорвалась с места, намереваясь сбежать — так опалило стыдом за… откровения…и… Но попытка моя была пресечена на корню!
— Куда? Я еще не получил приветствия! — рявкнул…жених и начал…получать…Я не удержалась, и мы…старательно приветствовали друг друга…минут пять, пока в комнату не влетела Шень Мяо с криком:
— Госпожа! Ой — остановилась, похлопала глазами и начала пятиться…
— Выйди, пожалуйста, Мяо… — посмотрела на Чан Мина. — Что будем делать?
Парень встал, оправил дорожный костюм (мятый, пыльный, но хоть ясно, что не раздевался), поднял меня и быстро вышел, бросив напоследок серьезно:
— Я к твоему отцу! Сам все объясню… И свадьба состоится завтра! Несмотря ни на что!
Цзян ушел, я села на кровать…и поняла, что улыбаюсь — глупо и счастливо…«Он приехал! И я выйду-таки замуж! Завтра, да! Несмотря ни на что и вопреки всему! Йехууу!»
Эпилог
О нашей свадьбе говорили…долго, но отрицать соблюдение всех формальностей повода не было: жених приехал в назначенный час, невесту к паланкину вынес старший брат, комната новобрачных была подготовлена в моем городском доме (а кто это знал?), свадебное вино выпито, мини-банкет состоялся, на нем присутствовали, пусть и немногочисленные — только самые близкие (хотя и императорский евнух Цуй явился с подарками), гости: все столичные Гу (включая кругленькую бодренькую Айгуль), Чжаны и Му Лань, старший Цзян, Ли Вэй и Торнай Бату, забежали на минутку мастера Чу (остаться постеснялись).
Мы с Цзян Чан Мином совершили положенные поклоны небу, родителям и друг другу, посидели с гостями (на этом настоял жених и…оставшаяся в особняке из-за принятого здесь правила месячного «заточения» после родов Чен Юнь) и удалились…консумировать брак…
Увы, с этим пунктом случился облом — Цзян уснул, хорошо хоть не в процессе! Меня к хлопотам не допустили, а вот он вертелся, как уж на сковородке, весь день накануне свадьбы, устраивая, под руководством матушки Гу и Шенек (!), вместе со своим отцом, Ли Вэем, Торнаем и обоими Чжанами необходимые мелочи.
Я сидела в украшенной красным шелком комнате, слушала, как ровно дышит мой муж, и нисколько не расстраивалась! Наоборот, я испытывала благодарность судьбе за эту возможность побыть наедине со своими мыслями…
Их было много, они были разные и требовали уделить им внимание…Я вспоминала прошлую жизнь и…плакала, жалея, что не могу известить родных о переменах в моей судьбе, изо всех сил надеясь, что у них все хорошо.
Я вспоминала годы, проведенные в новом мире и теле, события, случившиеся по моей воле и воле местных богов, просматривала страницу за страницей книгу моей второй жизни и принимала её, чтобы вступить в новый период без долгов и сожалений.