Мать Фань-эр одновременно восхищалась удачливой сестрой и ненавидела, считая, что та отняла у неё возможность изменить судьбу — Тинг когда-то выдала себя за Нин Мин и уехала с посланником генерала, пока родня работала в поле, только письмо оставила, что позаботится о них в будущем.

Как говорила мать Жунь Фань, Нин Тинг всегда была красивой, но ленивой, эгоистичной, лицемерной и при этом недалекой, однако ей многое сходило с рук, поскольку нынешняя госпожа Гу умела пользоваться своей внешностью, льстить, лгать, прикидываться слабой и несчастной скромницей, что особенно хорошо действовало на добросердечных женщин и падких на женские уловки мужчин.

Нин Мин попыталась уехать в столицу вслед за Тинг, но отец, благоволивший младшей дочери, пресек эти поползновения и быстро выдал её замуж за сына старосты деревни, в которой они тогда жили…Счастья и мира в семье Жунь Фань не случилось: она была единственным ребенком и не-сыном, и им с матерью доставалось больше других работы и унижений.

Правда, её сломленная тяжелой жизнью мать всегда принимала на себя побои и ругань старших, отдавала девочке свою еду, выпрашивала лишнюю одежду, как могла, баловала, оберегала, учила грамоте, поскольку умела, что удивительно, и всячески наставляла приспосабливаться, изворачиваться, чтобы нравиться другим членам семьи, позволяя даже пренебрегать собой, что Фань-эр, в конце концов, научилась делать, мечтая вырваться из опостылевшего дома и повторить успех легендарной тетки.

Более того, желая единственному ребенку лучшей доли, Нин Мин переступила через обиду и гордость и поддерживала контакты с сестрой-предательницей в надежде, что та когда-нибудь выполнит своё обещание и поможет племяннице устроиться в жизни также удачно, как и сама.

Спустя много лет Нин Тинг сдержала слово и забрала племянницу на обратной дороге в столицу, одела-обула и привлекла к участию в заговоре против давнего врага — приемной дочери генерала Гу, от которой тетка желала избавиться сразу по приезде в Сучжоу. За помощь в устранении занозы в сердце родственницы барышне У посулили помолвку с кем-нибудь из столичных (или просто приличных) подчиненных генерала…

Сладкая морковка замаячила перед взором амбициозной провинциалки, и договоренность была достигнута! Осталось разыграть уже готовый сценарий — его разработали по переписке и благодаря давнему знакомству тетка Нин и мать одного из отобранных генералом кандидатов в супруги ненавистной падчерице.

Оказалось, что, еще будучи первой барышней Гу, подмена сильно доставала будущую вторую госпожу, строя ей козни и подвергая унижениям из-за недостаточного образования, умений, навыков, да и просто потому, что могла. Эта злобная маленькая фурия прознала, как скромная служанка её матери превратилась в наложницу отца, воспользовавшись добротой благодетельницы, особым отваром и мнимой беременностью, а также долгом генерала по отношению к воину, спасшему военачальника на поле боя и ставшего впоследствии инвалидом. Узнала, паршивка, секрет и шантажировала даму Нин, заставляя выполнять унизительные поручения, требуя деньги на свои хотелки и аккуратно настраивая против наложницы родителей, слуг и знакомых, вхожих в дом, в результате чего дни в особняке Гу у тетки Тинг были несладкими даже после того, как девчонку отселили в Бамбуковый павильон.

И только «лошадиный скандал», раскол в семье и последовавшая ссылка дала наложнице шанс на реванш, выразившийся в рождении дочери, что было неожиданно как для генерала, так и для самой наложницы Нин, и приведший её на вершину клановой иерархии…Настало время для мести!

Вообще-то, Жунь Фань не очень понимала, зачем тетке понадобилось непременно осрамить падчерицу — ведь генерал уже настроен выдать ту замуж за кого бы то ни было и как можно скорее! Ну и шла бы она, а тетка осталась бы хозяйкой в доме, и кто бы ей тогда мешал?

Но Нин Тинг решила, а кто такая Жун Фань, чтобы вставать у неё на пути, тем более, если в результате сама может получить большую выгоду? Да и какое ей дело до этой подменной дочери, которую барышня У и в глаза не видела? Своя-то рубашка завсегда ближе к телу! Кто просил эту Чень Ю путаться под ногами у родственницы? Вот пусть и расплачивается, а Жунь Фань негоже отказываться от возможности, плывущей в руки!

По плану Нин Тинг, барышне У всего-то надо было прикинуться жертвой, посидеть в комнате некоторое время и, убедившись, что опоенная подмена находится в одном помещении с выбранным женихом в компроментирующем положении, поднять тревогу и привлечь внимание гостей, чтобы те засвидетельствовали грехопадение приемной дочери генерала и, тем самым, не оставили той выбора, кроме как пойти замуж за того, кто оказался с ней рядом в тот момент. Ну и ославить её, конечно, чтобы дать будущей родне власть над дискредитированной невесткой, а генерала принудить к большей лояльности по отношению к семье зятя.

Однако произошло немыслимое и незапланированное! Жунь Фань не поняла, почему и как она из стороннего наблюдателя превратилась в непосредственного участника устроенного Нин Тинг спектакля, и вместо сочувствия за испачканные чужим блудом глаза невинной девы превратилась в ту, кого судили за этот самый блуд? Она же всего лишь сделала глоток принесенного служанкой чая, потому что от предвкушения скандала и волнения за исход представления у неё пересохло в горле! Потом ей захотелось посидеть — ноги подкашивались…И…всё! Темнота…

Пробуждение было…Бррр, лучше не вспоминать! Крики, презрительные взгляды, преувеличенные срадания и завывания тетки, суета вокруг, слезливое нытье какого-то толстяка и ошарашенное молчание изящного парня, похожего на ученого… Жунь Фань никогда так не боялась! Но, слава богам, одна из служанок пожалела девушку и поведала на ушко, что генерал очень зол на новую госпожу Гу, сейчас опрашивает всех причастных лично, и пусть барышня подумает, как ей лучше себя вести с ним, когда очередь дойдет и до неё…Жунь Фань смекнула: у неё есть шанс выбраться из ловушки обстоятельств, надо только правильно повести себя с тем, в чьих руках нечаянно оказалась её судьба…