Рио зажёг лампу, положил хирургические принадлежности на кровать и присел на колени у головы животного.

— Спокойно, Фриц, — пробормотал он, — знаю, тебе больно, но мы должны поработать над твоей раной.

Поглощённый делом, он не смотрел на Рейчел, его руки были нежными, однако движения — твёрдыми и уверенными. Тёмные волосы спадали на лицо. Он был потным и весь в крови, а его кожа пахла лесом и мокрой шерстью. Лицо было словно высечено из камня, когда он сосредоточенно работал над спасением маленького леопарда.

— Рана слишком глубокая, такая же, как у тебя. Разрывы на твоей ноге я зашил, но оставил место, чтобы вытек гной. То же нужно бы сделать и Фрицу. Однако лучшее, что я сейчас могу, это зашить рану полностью, дать ему антибиотики и надеяться на то, что рана не загноится. Если же это всё-таки произойдёт, тогда мне придётся сделать проколы.

В тот момент, когда Рио обрабатывал повреждённое место, Фриц раскрыл пасть и продемонстрировал до жути длинные клыки, издав при этом наводящий ужас рык. Рейчел сделала глубокий вдох, сосредоточенно глядя на мужчину, на его лицо, руки, боясь, что если ещё раз увидит острые зубы леопарда, то не сможет удержаться и вскрикнет.

Франц беспокойно заметался взад и вперёд, реагируя на рычание брата. Внезапно он запрыгнул на кровать, едва не задев ноги Рейчел. Резкая боль прострелила всё её тело, она втянула воздух и, заставив себя выдохнуть, издала тихий задушенный крик. На мгновение комната завращалась, накренилась и погрузилась во мрак.

— Рейчел! — жёстко позвал Рио, вынуждая её очнуться. Он спихнул Франца с кровати. — Оставайся, черт тебя побери, внизу! — прорычал он, в его голосе слышалась неприкрытая угроза. К своему удивлению Рейчел обнаружила, что её руки всё ещё зарыты в мех маленького леопарда. Она мотнула головой и надавила сильнее.

— Прости, всё произошло так неожиданно, я не ожидала такого.

— Ты держалась молодцом, — сказал он. — Сможешь продолжить?

— Если можешь ты, значит, смогу и я, — ответила Рейчел.

Он устремил на неё свои мерцающие зеленные глаза, в бездонной глубине которых проскальзывала тёмная сторона его сущности. Его пристальный взгляд блуждал по её лицу, будто лишь один её вид мог сделать его сильнее. Затем мужчина отвернулся, возвращая всё своё внимание коту.

Она стала медленно выдыхать, пытаясь удержать набежавшую к горлу жёлчь, вызванную острой болью в ноге. Рейчел была согласна на все, только бы видеть выражение лица Рио. Участвовать в спасении дымчатого леопарда. Даже соприкасаться с ним. Она прислушивалась к звуку его голоса, в то время когда он ласково утешал кота, зашивая разрывы на его шее. Свободной рукой она провела по меху леопарда, почувствовав, что тот дрожит, однако терпеливо остаётся в заботливых руках Рио. Рейчел не переставала гладить животное, пока Рио зашивал вторую колотую рану.

— В лесу появился большой пятнистый леопард — самец. Он напал на Фрица. К счастью, он промахнулся и не задел сонную артерию.

Она посмотрела на тело Рио, которое было усеяно глубокими воспалёнными царапинами.

— Ты выступил против леопарда, который пытался убить твоего питомца?

Он бросил на неё нетерпеливый взгляд.

— Фриц и Франц не питомцы, я уже говорил тебе. Они мои друзья. И я не пытался спасти Фрица, это он подставил себя под удар, защищая меня.

Рейчел склонилась над котом, рассматривая повреждённое место на ухе.

— Значит, это Фриц? — Рио кивнул, внимательно осматривая свою работу.

— Эта рана не такая глубокая, как вторая. Нужно дать ему что-нибудь от инфекции. Он сознательно бросился зверю в пасть.

— Но почему? — спросила она, не смотря в его сторону.

Рио чеканил слова сквозь сжатые зубы, словно едва владел собой; в нём всё ещё горела ярость на пятнистого леопарда, посмевшего напасть на маленького кота. Девушка чувствовала, что он почти готов сказать ей нечто жизненно важное.

Рио взглянул на неё.

— Думаю, тот леопард охотился на кого-то из нас. Только не знаю, на кого именно. Сначала мне показалось, что добыча я, однако сейчас я склонен думать иначе.

Рейчел услышала глухое биение собственного сердца и стала отсчитывать удары. Это был трюк, к которому она прибегала, когда хотела казаться спокойной, оказываясь перед лицом смертельной угрозы, или же когда ей было необходимо узнать больше информации, не терпящей спешки. Внутри неё словно всё замерло, когда мужчина повернулся и пристально взглянул на неё. В его глазах было нечто, что она не могла объяснить. В них отражался опасный водоворот — смесь зверя и человека. Рейчел знала, что глаза кошек наделены отражающим слоем позади сетчатой оболочки глаза, это давало им возможность видеть ночью или в тёмном лесу, как при свете дня. Тапетум люцидум — так называлась мембрана у кошек, действующая словно зеркало; свет проходил сквозь сетчатку, отражаясь вторично, что способствовало максимальному обзору ночного виденья. Также мембрана имела свойство отражать свет назад и переливаться в желто-зеленый и красный цвета, такие же цвета, что иногда были у глаз Рио и у дымчатых леопардов.

— Зачем какому-то леопарду охотиться на одного из нас? — понуждала продолжать Рейчел. Она не верила в то, что какую-то большую кошку могло волновать, кого из них убить и съесть. Наступила долгая тишина, прерываемая лишь звуками стонущего ветра, устойчивого ритма дождя и шагов Франца, беспокойно ходящего туда-сюда. Рейчел была уверена, что Рио слышит стук её сердца.

— Это не был леопард в твоём привычном понимании. Это была совершено другая разновидность, — голос Рио смешивался с ночью, наполняясь тайнами и тенями, в которые она не смела ступать. Тем не менее, она удержала в себе готовый вырваться протест. Так как знала, что не в характере Рио разыгрывать мелодраму. Он бы не стал устраивать драму ради драмы.