— Рио, ты не можешь быть настолько глупым. У нас взаимное влечение друг к другу. Я не могла отвести глаз от твоего тела в течение нескольких дней. Как я могла остаться равнодушной? Если бы ты попытался принудить меня силой, и я ни в малейшей степени не была бы заинтересована, то я бы огрела тебя чем-нибудь по голове, — усмехнувшись, заверила она. — И тебе прекрасно известно, что я на это способна. Сейчас у меня повреждена нога, но, ты не можешь знать этого, некоторое время я провела, обучаясь самообороне. Тем более в тот момент ты был очень уязвим, у тебя была эр…эм, ты был возбуждён. В общем, болела у меня нога или нет, думаю, я смогла бы с тобой справиться.

— Когда я с тобой… — изо всех сил стараясь подобрать правильные слова, произнёс Рио. — Это так, словно я всегда был с тобой, всегда знал тебя, всегда занимался с тобой любовью.… Клянусь, есть моменты, когда я не могу сказать, где реальность, а где плод моего воображения. Это какое-то безумие.

Он навис над ней так близко, что кончики её грудей касались его торса. Тотчас же их захватило ощущение, словно всё встало на свои места, прекрасное ощущение, словно они вернулись домой. Он вздохнул.

— Я не привык к тому, чтобы вокруг меня были люди, начинаю чувствовать дискомфорт, но ты… Я даже не представляю себя без тебя, — он взял в ладони её лицо. — Мне до боли хочется почувствовать твой вкус у себя во рту. И я точно знаю, что ты почувствуешь, когда я войду в тебя, — он скользнул кончиками пальцев по её шее, по плечам, вниз к округлости груди. — Я знаю каждый твой изгиб, будто в моей голове есть карта твоего тела.

Из головы Рейчел вылетели все мысли, когда она почувствовала, как его руки блуждают по её телу, как ладони легли на её грудь, большими пальцами он ласкал её тугой сосок, посылая вспышки молний по её крови. Она была необычной женщиной, у которой был крошечный шанс обрести любовь. У неё было лишь это краткое мгновенье, после которого она должна будет двигаться дальше, оставив этого мужчину позади. Каждое мгновенье с ним подвергает его опасности. Ресницы скрыли выражение её глаз, не давая ему увидеть пробудившийся пожар, который отражался в её глазах от его прикосновений.

— Я чувствую себя по-другому. Впервые после того, как я приехала в дождевой лес. Чувствую себя полной жизни, словно что-то во мне пытается вырваться на свободу, — она чувствовала себя сексуальной. С тех пор как она оказалась в этом доме, в этом месте, рядом с этим мужчиной. И, несмотря на лихорадку, или, возможно, из-за лихорадки, она постоянно пребывала в возбуждённом состоянии. Рядом с ним её охватывал жар, она непрестанно думала о нем, мечтала о нем.

— Ты знаешь, что у тебя есть родинка на внутренней стороне бедра? Я знал о ней ещё до того, как увидел. Я точно знаю, какие прикосновения тебе нравятся, — он сел, пальцами ероша волосы и оставляя их в диком беспорядке, таком же диком, каким он был сам. — Откуда мне известно всё это?

Ей также было известно о его предпочтениях и о том, что вызывало в нём отвращение. Иногда она не могла удержаться от того, чтобы погладить его по груди и кончиками пальцев пройтись по его плоскому животу. Вслед за пальцами нежно подразнивать его языком до тех пор, пока он чуть не плача будет просить пощады. Рейчел знала, что в эти моменты его голос становился требовательным и хриплым от желания. Одна только мысль о потребности и голоде в его голосе посылала огонь по её телу.

Рио вздохнул.

— Позволь мне осмотреть твою ногу. Возможно, после того как на неё прыгнула кошка, и после того как я так не аккуратно обошёлся с тобой, потребуется стежок или два. Он посмотрел на неё, тёмные волосы вились вокруг лица, губы чуть раздвинуты, словно в приглашении. Ресницы затрепитали, и он, заглянув ей в глаза, увидел жажду. Такую же жажду, что сжигала его изнутри. Рио тихо выругался, отыскал её лодыжку под одеялом и, проведя по ней рукой, постепенно раскрыл ногу.

Рейчел почувствовала его пальцы на своей коже. Его прикосновения были собственническими. Подушечкой большого пальца он ласково водил по её лодыжке, каждым касанием посылая жидкий огонь к средоточию её женственности. Просунув под её лодыжку руку, он стал медленно массировать ногу, заставляя замирать её сердце.

— Рана выглядит лучше. Исчезли красные полосы. Однако опухоль ещё не спала, и из двух проколов всё ещё сочится гной. Я сниму с тебя штаны и оставлю эти проколы открытыми.

Её лицо скривилось.

— О, замечательно. Теперь простыня придёт в негодность.

— У меня есть несколько полотенец, которые можно подложить под твою ногу, — его пальцы напряглись вокруг её лодыжки. — Рейчел, у нас получилось спасти тебе ногу, не выходя из леса, но у тебя останется шрам. Я старался сделать всё так, чтобы шрам был не таким большим, но… — он замолчал, хватка на её ноге усилилась, что яснее всяких слов сказало ей о том, насколько он переживает. Рейчел пожала плечами.

— Меня не волнуют шрамы, Рио. Спасибо за то, что ты уже сделал для меня. Мне не важно, останется шрам или нет.

— Сейчас, может быть, и не волнуют, но потом, когда ты вернёшься в свой мир, тебе захочется надеть облегающее платье, и тогда твоё мнение изменится, — он через силу заставил себя сказать ей так, думать так. В то же мгновенье в нём проснулся зверь, пытаясь завладеть его разумом, Рио почувствовал, как мех стал покрывать его кожу. Его клыки удлинились, раздвигая челюсти. Пальцы изогнулись, выпуская острые, как бритва, когти.