— Да ладно, уже давно доказано, разницы почти нет. Зачем зря кредитки тратить? Можно же всё получить из принтера. Синтетическая еда бесплатная, и даже безопаснее, инфекцию точно не подхватишь.

— Прикинь, моя мать еще сама готовит.

— Ей что, заняться нечем?

— Вот этим и занимается, да еще на рояле играет.

— Угу, на рояле она классно играет, лучше любого робота.

— Да, ты прав. Она говорит, это оттого, что рояль натуральный, из дерева, и неидеально держит строй. А всё неидеальное нравится человеку больше, потому что сами люди неидеальные.

— Сколько лет вашему роялю?

— Не помню, кажется, двести, а может и больше.

Он ей достался от пра-пра-какой-то бабушки.

— Ого! — Лео присвистнул. — Отец у тебя тоже прикольный, вечно в подвале торчит. Что он там делает?

— У него там… в планетарном языке нет такого слова. Короче, место, где кто-то что-то делает своими руками. По-русски это звучит как «мастерская».

— А зачем? У вас что, робот сломался?

— Нет, Генри в порядке, он вообще-то за это сильно на папу обижается. Говорит, что, если все станут как папа, роботам будет нечем заниматься, и их отправят на свалки.

— Какие еще свалки?! Что мы без роботов делать будем? Вернемся в каменный век?

— Мы, конечно, Генри ни на какую свалку не отдадим, потому что любим его, и он это знает, но папа настаивает: мужчина должен уметь работать руками.

— Зачем? Ведь он капитан Временного корабля!

— Вот и я не понимаю. Папа говорит, что он прежде всего Инженер, а потом уже капитан Временного корабля, а Инженеры должны уметь работать руками, вдруг что-то сломается?

— Прикалываешься? Временной корабль никогда не ломается, там всё идеально, его перед полетом проверяют роботы, а они никогда не ошибаются.

— Отец считает, что нет ничего идеального. По его логике, если роботы созданы человеком, а человек неидеален, значит его создания тоже неидеальны.

— Странные у тебя родители. Но интересные. Попросишь отца показать… как ты ее назвал?

— Мастерская. Да там ничего интересного. Но, если хочешь, пойдем спросим. Как мама говорит: «Желание гостя — закон».

Михаил был рад устроить небольшую экскурсию и повел мальчишек в мастерскую, где находилось много непонятных предметов. Лео таких никогда не видел.

— Что это? — Лео указал на небольшой стол со странной металлической конструкцией.

— Токарный станок, — ответил Михаил. — Он нужен для работы по дереву.

— По дереву? Оно же стоит кучу кредиток!

— Когда станешь капитаном Временного корабля, и у тебя будет куча кредиток, — улыбнулся Михаил.

— Совершенно бесполезная вещь, — хмыкнул Ваня.

— Почему же бесполезная? А обеденный стол, за которым ты ешь каждый день? — Михаил метнул строгий взгляд на сына. — Его сделал я, в том числе на этом станке.

— А это что, в углу? — взгляд Лео упал на блестящий агрегат с металлическими цилиндрами и трубками.

— Двигатель внутреннего сгорания автомобиля — очень старая, ценная вещь. Их изобрели триста лет назад, человечество с лошадей пересело на автомобили благодаря им. Это было событие, сопоставимое с созданием машины времени.

— Как он работает?

— К сожалению, я не смогу тебе показать, потому что для него нужен бензин — специальное жидкое топливо, которое человечество вырабатывало из нефти. Сейчас нефть не нужна, мы перешли на электрическое топливо. Оно бесплатное и бесконечное: во всех домах портативные ядерные станции. Лео, от чего твоя домашняя станция работает?

— От воды[5], конечно.

— А твой лётный шар?

— Также.

— Вот раньше, чтобы запустить автомобиль, нужен был такой двигатель и бензин. Смотри: впускной клапан открывается, поршень опускается и втягивает топливно-воздушную смесь внутрь цилиндра. Клапан закрывается. Затем поршень поднимается вверх и сильно сжимает топливно-воздушную смесь. Когда поршень находится вверху, вот эта свечка дает искру, в цилиндре возникает высокая температура, и смесь буквально взрывается. Этот взрыв толкает поршень вниз. Затем поршень опять поднимается вверх и выталкивает из камеры сгорания отработанные газы через другой клапан — выпускной. Всё. Машина поехала. Правда, гениально?

— Ну так… — разочарованно протянул Лео, — для того времени, наверное, это был прорыв. А откуда вы это узнали?

— Из книг, Лео.

— У вас есть настоящие книги? — удивился Лео.

— Да, бумажные, по которым учились инженеры прошлого. Вот, смотри.

Михаил взял с полки небольшой томик и дал Лео. Тот осторожно развернул книгу, словно держал сокровище. Зашуршали страницы, взгляд Лео остановился на цифрах титульного листа:

— Две тысячи двадцать четвертый год — год ее издания? Это же настоящий музейный экземпляр! Ей сто пятьдесят лет! Откуда она у вас?