И тут я задумалась: сколько продержится этот щит, прежде чем сломается?

А потом они начали бросать копья одно за другим, без перерыва, и мне пришлось оставить все вопросы и сосредоточиться только на защите. Оказалось, что всё гораздо сложнее: вскоре по приказу Фионна они начали бросать их вперемешку, чтобы атаки шли непрерывно, но не одновременно.

Мне приходилось сдерживать Тьму раз за разом — она порывалась прийти мне на помощь. Если я слишком сильно концентрировалась на уклонении, магия пыталась вырваться сама. Теперь мне легче было использовать её, чем сдерживать, но я не хотела сдаться или схитрить.

Кроме того, мои узлы пульсировали в такт испытанию. Мэддокс был на грани. Часть меня понимала его, другая… бесилась. И, возможно, в этом раздражении отражалась вся его недавняя холодность ко мне и та игра, в которую я с ним ввязалась. Я злилась. Если он боялся, значит, не верил, что я справлюсь. Я понимала его дракона, понимала инстинктивное желание защитить, но будь ситуация обратной, я бы ни секунды не сомневалась в нём.

Тьма зашипела, предупреждая.

С рывком я подняла щит к груди как раз в тот момент, когда копьё летело почти по прямой траектории. Оно глубоко вошло в дерево и толкнуло меня назад. Задняя часть бёдер ударилась о край ямы, и я пошатнулась. Свободной рукой упёрлась в землю, чтобы не упасть, но, подняв голову, уже увидела два новых копья, летящих прямо в мою голову.

Не было времени думать о Мэддоксе.

Я подняла щит. Остановила их, но сила удара всё же сбила меня с ног, и я рухнула на спину на глиняное дно ямы. Перехватило дыхание. Тьма снова зашипела, а ещё четыре копья уже летели в мою сторону. При этом ноги и торс оставались незащищёнными. Как, чёрт возьми, они такие быстрые?!

Я зарычала и выдернула одно из застрявших в щите копий. Им отбила следующие, поднялась, прикрываясь щитом, снова удар, снова щит, удар, удар, ещё щит над головой, удар… Пот струился в глаза, и я яростно моргала, чтобы не ослепнуть.

— Осталось три! — услышала я крик Фионна.

Эти слова подбодрили меня. Я опустила щит, чтобы увидеть, как они метают последние копья. Одно я позволила вонзиться в дерево, а два других сбила ударом. Они покатились прямо к ногам Мэддокса.

И наступила тишина.

Я опёрлась на край ямы, тяжело дыша, с растрёпанным пучком волос. Весь пол атриума вокруг был усеян отбитыми и сломанными копьями. Некоторые торчали в считанных сантиметрах от моих ног или спины. Сто копий.

Неужели люди проходили это без капли магии в крови? Без сомнения, Фианна были поистине выдающимися воинами.

Кто-то одобрительно присвистнул. Уверена, это была Гвен.

Пара рук обвила меня, вытащила из ямы, ловко обходя застрявшие пики. Мэддокс крепко прижал меня к себе. Его большой палец стёр капли пота у моих висков.

Я, задыхаясь, подняла на него взгляд. Это был первый раз с момента нашей сцены на балконе, когда он обнял меня. Я ожидала увидеть гордость, восхищение или что-то подобное.

Но он был зол.

— Я чуть трижды не схватил проклятый инфаркт.

Что?

Я широко распахнула рот и толкнула его прочь от себя.

Он пошатнулся назад, потому что я действительно вложила в этот толчок силу.

— Слисеаг…

— Кто тебя просил так за меня волноваться?

Он посмотрел на меня так, будто я была причиной всех его мук и бессонных ночей, и у меня появилось искреннее желание метнуть ему в голову щит, чтобы узнать, гулкий ли у него череп.

Фионн подошёл ближе.

— Меньше разговоров, обратно в яму, если хочешь пройти испытание.

Я резко повернула голову к нему, словно хлестнула кнутом.

— Я не получила ни единой раны.

— Но у тебя остались ещё две ямы. — При виде моего ошеломления он расхохотался хриплым смехом: — Ах, девочка, три ямы — это только первая часть испытания, не все три. Посмотрим, дойдёшь ли ты до следующих. Давай, времени на отдых нет.

Я бросила последний испепеляющий взгляд на Мэддокса, у которого сжались кулаки, и с размаху прыгнула во вторую яму. Теперь я была погружена по грудь, над землёй торчали только руки, плечи и голова. Щит был в ужасном состоянии: край обломан, в древесине застряли наконечники, расколов её на куски. Он долго не продержится.

Узлы пульсировали, Тьма злилась и обижалась, что не могла мне помочь. Я чувствовала себя наблюдаемой, оцениваемой и раздражённой.

И знала, что причина не только в этом испытании или в поведении Мэддокса. Это всё накапливалось все эти дни. Из-за того, что я не знала, где моя сестра и когда увижу её снова. Из-за того, что не могла схватить Волунда за рога и вмазать ему коленом в нос. Из-за отдаления от Сэйдж. Из-за всего, что грядёт, и моей беспомощности перед этим.

И из-за Мэддокса, да, чёрт побери.