— Звучит так, словно это принесет ну ооочень много проблем.

— Гису, я сейчас не шучу! Мне серьезно… — тут её голос надломился. — Кажется, я вляпалась.

— Ясно. — Тут же собрался Хегай и произнес максимально серьезным голосом. — Ничего не делай. Скинь мне место своей локации.

Девушка нажала на отбой и тут же начала набирать сообщение. После чего сжала телефон в обеих руках, села на пол, откинулась к кровати и разрыдалась. Внутреннее напряжение наконец-то дало выход.

Но долго она рыдать не смогла, потому что от этого слишком сильно болела голова.

«Надо найти обезболивающее, — думала она. — Надо было сказать Гису, чтобы притащил обезболивающее».

«О чём ты думаешь? — говорил ей собственный внутренний голос. — У тебя в соседней комнате мёртвый мужик. Ты вляпалась по самое не балуйся. Какое тебе ещё обезболивающее?»

«Так, так, так, — она прекратила рыдать. — Надо же вспомнить. Вспомнить, как она тут оказалась. Начнутся вопросы — в первую очередь у Гису. Он будет спрашивать, а что она ему скажет? Я проснулась тут — и всё».

С чего-то должно было это вообще всё произойти? «Так, надо сосредоточиться, — думала она. — Сосредоточиться и вспомнить».

Ким Ю Джин поняла, что у неё память работает не так, как обычно, а какими-то проблесками. То есть — вроде бы только что она ничего не помнила, и тут вдруг проблеск.

Концерт! Ну да, всё так. Она вспомнила, что концерт был. Всё верно. Какой-то небольшой сборник. Не то благотворительный, не то что-то такое? Она этого и не знала. Просто менеджер сказал, что надо выступить за стандартный гонорар. И всё.

А потом что было? Она выступила? Да, это она помнила. Как выступала на этой сцене. Ей ещё казалось, что свет неравномерно настроен, и правый прожектор слишком сильно нагревает её грим.

Да, это она помнила. Боялась, что яркую косметику размоет потом от этого долбаного прожектора.

А что потом? Что было потом?

Потом к ней кто-то подошёл?

Нет.

Потом был банкет. Да! Это же благотворительная вечеринка, был банкет. И вот там к ней подошёл…

Она запнулась в собственных мыслях и оглянулась на соседнюю комнату.

Да, точно, к ней подошёл мужчина. Этот? Не этот? Вроде бы этот. Но это абсолютно неточно.

Она даже подумала о том, чтобы встать и посмотреть на него ещё раз, но потом решила, что нет, этого делать не стоит. Незачем на него смотреть.

Что он ей сказал?

Каждую деталь приходилось выгрызать из памяти, будто с кровью. Сами по себе они не желали выстраиваться в стройную картину. Но теперь она помнила точно: был банкет. На банкете к ней подошёл мужчина, сказал, что он её давний поклонник. Она ещё тогда рассмеялась и невинно поинтересовалась: «Насколько давний?» Она-то хотела сказать, что она всего лишь недавно перешла из статуса восходящей звезды в полноценный звёздный статус. Но сказала что-то другое. Что именно? Этого она уже не помнила.

Зато вспомнила, что мужчина предложил ей выпить по глотку шампанского в честь их знакомства.

И вот тут память Ким Ю Джин пасовала окончательно.

Не было ничего. Пустота.

В номер постучали.

«Твою мать! Твою мать, что делать?» — подумала Ким Ю Джин, едва не откусив длинный красный ноготь.

Но тут из-за двери раздался голос Гису:

— Открывай, это я.

«Ой, слава всем богам, — подумала про себя девушка. — Он так быстро примчался? Ничего себе!»

Так, стоп — она же даже не глянула, где находится. Ладно, это потом.

Она подошла к двери и открыла её.

За дверью стоял Гису Хегай. Как всегда спокоен, холоден и собран. Отчего ей даже самой стало немножечко легче. Но очень быстро тошнотворное чувство снова принялось расползаться по груди.

— Так что здесь у тебя? Признавайся, — сказал он, закрыв за собой дверь.

— У меня здесь мёртвый мужик, — честно призналась Ким Ю Джин.

— За что ты его? Приставал? — он окинул девушку слегка насмешливым взглядом.

И только тут она вспомнила, что до сих пор не одета. Когда нашла телефон, она забыла про платье. Впрочем, она ничуть не смутилась: подошла к кровати, взяла платье и надела его на себя.

— Там, в соседней комнате, — сказала она. — Но это не я. Я… ну… не могла… Зачем мне?

Но говорила она, настолько неуверенно, что Гису нахмурился,

— Но при этом ты не помнишь что произошло?

— Не знаю… да. — покачала головой Ким Ю Джин. — Я очнулась… — она сглотнула и поняла, что в горле пересохло, — и ничего не помню. Вообще ничего не помню.

Хегай окинул девушку другим взглядом, затем вытащил из кармана блистер с таблетками.

— На, прими, полегчает, — он протянул ей обезболивающее.