И пока что всё играет против неё. Всё кроме одного… Она обратилась ко мне.

В такси у Ким Ю Джин снова случился приступ паники:

— Что же делать? Что же, мать его, делать? Что же делать? Там же кругом, наверняка, камеры! Меня видели!

Я обернулся к ней, приложил палец к губам и сделал очень выразительное лицо.

— Помолчи, пожалуйста, — попросил я. — Сейчас доедем, и всё решится.

Но девушка не могла всё держать в себе, из неё буквально рвалось наружу. Я уже видел, как таксист с подозрением поглядывает на нас.

— Всё нормально, — сказал я ему. — Просто у человека некий новый опыт. Всё хорошо.

Таксист усмехнулся и кивнул мне. Но я не был уверен в том, что он мне поверил.

Я же снова посмотрел на девушку.

— Сейчас нам самое главное — разобраться с твоими пятнами. Всё остальное мы будем решать по мере поступления проблем. Поняла?

Ким Ю Джин кивнула и всхлипнула, вбирая носом воздух.

— Я с тобой. А это значит — всё в порядке, — сказал я ей, пытаясь подбодрить, после чего, широко улыбнулся.

Робко, но с надеждой Ким Ю Джин улыбнулась мне в ответ.

Преподаватель Шивон смотрел на одинокую фигуру Пака, корпящего над заданиями прошлогодних олимпиад. Настроение у него становилось с каждой минутой всё хуже и хуже. Гису Хегай не пришёл на репетиторский час, несмотря на то, что, говорят, утром его в школе видели. Однако затем ему кто-то позвонил, он развернулся и просто убежал из школы, будто олимпиада — это какая-то шутка. Будто ему плевать, какие места они на ней вообще займут.

Шивону приходилось прилагать огромные усилия, чтобы не показывать своё истинное настроение. Нет, ну куда это вообще годилось? Всекорейская олимпиада, как каник!

Примерно в этот момент преподаватель физики понял, что погорячился. Он сам не рад тому, что затеял проверку Хегая. А сейчас он безмолвно смотрел на Пака и корил себя за то, что поступил очень необдуманно. На эмоциях. Если Хегай не справится на олимпиаде.

Он опозорится.

Его имя просто размажут по доске преподавательского позора. И всё только из-за того, что он хотел проучить зарвавшегося Хегая.

Получалось, он сам себя загнал в очень нехорошее положение. Даже если он окажется прав, и Гису — реально бездарь, то легче Шивону не станет. У него оставался только один-единственный выход: натаскать Гису Хигая так, чтобы тот смог ответить по предмету, даже проснувшись ночью с жуткого похмелья.

Вот только не было в классе Хегая. Он просто не пришёл.

Чан Ан приехал домой к Гису в такой задумчивости, что не видел ничего вокруг. Он поставил велосипед на место и тут же прошёл в свою комнату.

Он забыл о еде, забыл обо всём на свете. Ему нужно было понять только одно: что, чёрт побери, происходит? Почему отец дал добро на закупку дешёвой жестяной металлочерепицы?

Скинув на стул небольшой рюкзак, с которым всегда выходил из дома, Чан сел за компьютер и включил его. Как только браузер загрузился, он вбил в поисковой строке: «Гвон Ан и аффилированные с ним структуры».

Поисковая система выдала ему всё, что было в свободном доступе. Большую часть этой информации он и так знал. Но у него не было уверенности насчёт последних объектов. В конце концов, принадлежность той стройки, на которой он побывал, его отцу могла быть ошибкой.

Но чуда не произошло, и всё внутри парня обвалилась куда-то в бездну. Данная стройка действительно значилась в списке относящихся к компании его отца. Вот только исполнительный директор у неё значился другой — Ке Ён Ан.

— Я так и думал, — выдохнул Чан и уронил голову в ладони.

У него давно были сомнения насчёт старшего брата, но теперь он чётко понял, что тот превращает в дерьмо всё, к чему прикоснётся. Это был весьма неутешительный вывод.

Но теперь перед Чаном вставал другой вопрос: что же теперь с этим делать? Ответ был ясен: если оставить всё как есть, это будет серьёзный удар по репутации не только отца, но и всей семьи.

Затем Чан выписал себе остальные стройки, исполнительным директором на которых значился его старший брат. В свободное время надо будет съездить туда и посмотреть. Но на самом деле действовать нужно было уже сейчас. Ждать, пока он получит больше информации, смысла не было никакого. И так было понятно, что Ке Ён Ан гробит дело своего отца.

Чан открыл телефонную книжку и пролистал её в поисках того, кто мог бы ему помочь. В этот момент на телефон пришло сообщение:

«Чан, ты совсем обо мне забыл?»