Эта мысль укрепила решимость Макси. Ей только не хватало романа с обаятельным бродягой! Она старательно жевала «грискин» и выжидала подходящую минуту.

Робин покончил с едой раньше нее, рассеянно обвел глазами стены и увидел висящие на гвоздях железные головоломки.

— У вас в Америке известны такие головоломки? Нужно разобрать ее на части, а потом собрать. — Робин снял со стены одну головоломку. — Это и в трезвом-то виде не просто сделать, а пьяному и подавно. Иногда разозленные пьянчужки разламывают их ломом.

— Да, такие головоломки есть и у нас в трактирах. Были бы кузнецы, чтобы их выковывать, и выпивохи, которые не прочь развлечься. — Макси проглотила последний кусочек картошки. — А вы, я полагаю, мастер их разгадывать?

— Вы исходите из предположения, что, хотя ни на что путное я не годен, бесполезные навыки у меня в избытке?

Макси невольно улыбнулась.

— Вот именно.

Робин сосредоточенно разглядывал головоломку. Она напоминала колокол, внутри которого помещались переплетенные круги и треугольники.

— Видно, я слишком давно не посещал трактиры. Даже не могу попять, какие части можно разнять.

Поглядев на головоломку, Макси заметила, что пальцы на левой руке Робина все в узлах, словно от множества переломов. Руки Робина были очень изящные, и он весьма выразительно ими жестикулировал — скорее как житель континента, а не англичанин. Жаль, что левая рука так сильно искалечена — тем более если учесть, что он левша.

Макси присмотрелась к пальцам Робина. Как странно расположены следы переломов — через одинаковые промежутки, словно кто-то ломал их нарочно. Пытка? По спине Макси пробежал холодок. Может быть, разозленный муж таким образом отплатил ему за наставленные рога?

Макси протянула руку через стол и взяла железку.

— Она напоминает мне головоломку, которую у нас называют «дьявольское стремя», только эта посложнее. Вот эти части, по-моему, должны разниматься.

Макси крутанула какую-то деталь головоломки направо, потом налево — и та распалась на три части.

— Ну и кто из нас обладает бесполезными навыками? — ухмыльнувшись, спросил Робин.

— Разобрать головоломку — это полдела. Еще труднее ее собрать. — Макси пододвинула к Робину куски головоломки. — Спорим на шесть пенсов, что вы не сумеете ее собрать за то время, пока я схожу в туалетную комнату.

— Спорим.

Робин взял в руки треугольник и кольцо и попытался их соединить.

"Пора!» — подумала Макси. Ни один мужчина не захочет быть побежденным женщиной в таком деле. Этой глупой головоломки Робину хватит на добрый час.

Макси вышла из-за стола, держа заплечный мешок перед собой, чтобы Робин его не увидел. За еду они расплатились, когда заказывали, так что можно улизнуть с чистой совестью. Она вышла на задний двор и оттуда через калитку на улочку, которая шла позади домов параллельно главной улице.

Но ее торжество было недолгим. Улочка оказалась короткой, и когда Макси вышла по ней на главную улицу, то сразу увидела Робина, который поджидал ее, скрестив руки и опершись спиной о забор.

— Невысокого же вы мнения о моей сообразительности, если считаете, что от меня так легко удрать, — добродушно сказал он.

Макси наградила его негодующим взглядом. Кажется, этот недоумок и впрямь решил сопровождать ее до самого Лондона!

— Дело не в сообразительности, а в бесцеремонности. Я не хочу, чтобы вы меня сопровождали, развлекали беседой или угощали ужином. Оставьте меня в покое!

Макси повернулась и пошла по улице. Робин пошел рядом. Она резко развернулась:

— Берегитесь! Я же вас предупреждала, что могу постоять за себя!

Он жестом остановил ее.

— Навстречу нам идут люди. Если вы хотите, чтобы они поверили в ваш маскарад, не устраивайте сцену посреди улицы.

К ним действительно приближалась группа местных жителей, которые смотрели на них с живейшим интересом. Однако это не остановило бы вспышку Макси, если бы она не перехватила взгляд Робина. В глубине его голубых глаз она увидела бездонный мрак. Это были глаза человека, который в своей жизни видел больше тьмы, чем солнечного света.

Она поняла, что он старше, чем кажется: ему, должно быть, уже за тридцать. Перед ней был незнакомый и опасный человек.

Прежде чем она успела что-нибудь предпринять, Робин крепко взял ее за руку и повел по улице на окраину деревни. Когда они проходили мимо местных зевак, одна пожилая женщина сказала:

— Слушай, Дейзи, кажись, этот джентльмен — наш…

— Вовсе нет, — оборвал ее Робин, одновременно ослепительно улыбнувшись старухе, отчего та растаяла, и, не вступая в разговор, поволок Макси дальше. Позади них слышались оживленные голоса.