Шрифт:
Шаламов с недоумением оглянулся.
– Батюшки-светы, очнулся! Сильный мальчик! А если я не прекращу?
– Я вас ударю!
– Попробуй.
Дар шевельнулся и, ускоряясь, метнулся вперед.
Шаламов вдруг взлетел в воздух от мгновенного, точного и мощного удара в подбородок, с вытаращенными глазами пролетел несколько метров и едва не врезался в конвульсивно содрогнувшуюся стену рубки. Вскочил на ноги, побелев от ярости.
– Ах ты, щенок! Я же тебя по полу размажу…
– Не смейте! – крикнула Дарья, отталкивая Шаламова мысленно-волевым усилием, из-за чего ответный его удар получился смазанным, нечетким, расфокусированным. Но и этого оказалось достаточно, чтобы Дар потерял сознание.
Он, конечно, пытался защититься, предполагая пси-атаку, поставил полевой экран и даже перенес сознание в «запасной» мозг – спинной и костный, образующий еще один дополнительный «мыслящий контур». Однако удар был слишком мощным. Шаламов владел энергиями на два порядка выше любого человека и был магическим оператором очень высокого уровня. Поддаваясь страстям, он не дозировал силу удара, что говорило о его неадекватном отношении к миру.
Дарья бросилась к упавшему княжичу, припала ухом к его груди, с изумлением и ненавистью глянула на Шаламова, озабоченно ощупывающего вспухший подбородок.
– Вы убили его?!
– Выживет, – оскалился бывший друг отца девушки, – если захочет. Парень кое-чем владеет, я его недооценил. Оставь его, уходим.
– Никогда!
– Тогда они оба умрут, тот – в спейсере, и этот. Решай. Я знаю, женщины любят побежденных, но всегда изменяют им с победителями.
Дарья в немом гневе смотрела на Шаламова и впервые в жизни не нашлась что ответить.
Дар пришел в себя несколько минут спустя, слыша глухой гул в голове и ощущая позывы на рвоту. Организм, получивший сильнейший шоковый пси-разряд, сбивший чуть ли не все биологические ритмы, с трудом восстановил функционирование сердечно-сосудистой и вегетативной систем и теперь по крохам «собирал сознание» в единое целое.
«Где я?» – пришла первая мысль.
За ней выплыла вторая:
«Сейчас умру…»
Но третья заставила действовать:
«Дарья в опасности! Этот тип легко справится с ней! Ему надо помешать!»
Он открыл глаза.
Светящиеся изнутри, как янтарь, колышущиеся стены, ячейки, «скульптура осы» в центре, вздрагивающий потолок… и никого на полу рубки. Куда они подевались?
Дар привстал на локтях и едва не потерял сознание от нахлынувшей слабости. Лег, справился с головокружением, сел по-турецки и позвал:
– Даша!
Никто ему не ответил.
– Даша, где ты? Отзовись!
Шум в ушах, треск, писк, звон… не голова, а треснувший горшок! Вот бугай здоровенный! Если бы не вмешательство Дарьи, он бы меня убил! Где же она? Неужели ушла с ним?!
Он с великим трудом заставил себя встать, заковылял до ближайшей «пилотской» ячеи, рухнул в нее колодой.
«Шершень… где они?»
В голове вспыхнула мысленно-эмоциональная вуаль непонимания.
Дар представил в уме девушку.
«Где она?»
Ответ инка «осиного» корабля можно было перевести как: «Не знаю».
«Хорошо… дай обзор».
Включилась система видения, вогнутые ячейки-экраны отразили мир за стенками корабля.
В воздухе – ни одного отеллоидского космолета. Корабль-нож уничтожил-таки весь их флот.
В небе – ни облачка.
Лес под кормой корабля тих и неподвижен.
А посреди луга за рекой – конусовидная гора древнего спасательного спейсера «Скиф», опаленного огнем, угрюмого, с дымящимися пробоинами в корпусе, но с виду еще способного взлететь и выполнить свою задачу. В его обшивке раздвинулась диафрагма люка, из отверстия выглянула вихрастая голова.
– Борята! – прошептал Дар. – Живой!..
Глава 10
На поляне, у подмявшего кустарник и часть леса корабля-ножа, собралась дружина князя – все, кто уцелел. Дружинники были хмуры и неразговорчивы, на огромный корабль посматривали с опаской и уважением, но без особого восхищения. Встречать изделия рук человеческих, да и нечеловеческих тоже, таких размеров людям приходилось нечасто, и все же они были не в диковинку. Предки оставили в наследство потомкам и более значительные сооружения.
К державшимся отдельно Дару и Боряте подошел мрачно-целеустремленный князь.
– Все целы? Где Дарья?
– Не знаю, – тихо ответил Дар, изо всех сил старавшийся выглядеть бесстрастным; поднял глаза на отца и снова опустил.
– Ее захватил Данила Шалимов, – сказал Борята, помятый и растрепанный, но довольный собой. Хвастаться своими успехами ему мешало только отсутствие гостьи из прошлого.
– Шаламов, – поправил приятеля Дар.
– Кто он такой?
– Друг отца Даши… бывший… я не смог с ним справиться…