– Я не знаю, – тихо проговорила Дарья. – Иногда мне кажется, что знаю, но я не уверена…

– Он никому ничего не сказал.

– Дядя Аристарх утверждает, что его видели на хуторе Вщиж, на родине дедушки. Я была там… в наше время и… в будущем. Папа действительно оставил следы… но его там нет. Я нашла его вещи, они остались на хуторе Жуковец, у одного парня… – На щеки девушки легла краска. – Он интрасенс…

Купава сморщила нос.

– Ты познакомилась с парнем? Где? И что это за хутор такой – Жуковец? Никогда не слышала. Впрочем, приводи себя в порядок, переодевайся, и поговорим. Есть хочешь?

– Ужасно! Я голодна как зверь!

– Беги. – Купава подтолкнула дочь к туалетной комнате. – Я пока приготовлю обед.

Через час они сидели в столовой. Дарья накинулась на еду, приготовленную на кухонном комбайне «Аладдин». Купава, подперев кулачком щеку, смотрела, как она ест.

– Впечатление такое, что ты не ела неделю. Там так все плохо, в будущем? Кушать нечего?

– Нет, с едой там пока нормально, сохранились и пищевые фабрики, и рестораны, и кухонные системы, просто мы с Аумой ввязались в одну историю и… в общем, действительно долго не ели.

– Ты была там с дочкой Джумы?

– Она согласилась рискнуть, мы и пошли. К счастью, орилоунская Сеть метро еще не заросла полностью, хотя работает теперь фиксированно, по точным координатам. Поэтому нас вынесло аж в пять тысяч пятьсот пятидесятый год, представляешь?

– Так далеко? – ахнула Купава.

– Ну, это еще не далеко, – отмахнулась Дарья. – Отец побывал в будущем, отстоящем от нашего на сотни миллионов лет, если ты помнишь.

– Помню, – грустно улыбнулась Купава. – Не понимаю только, зачем ему это понадобилось.

– Он хотел спасти тебя, – серьезно посмотрела на мать Дарья. – Но не знал – как. Искал выход. А главное – нашел, и ты теперь с нами. Он и сейчас отправился кого-то спасать, я уверена.

– Кого?

– Не догадываешься?

Купава покраснела под взглядом дочери, покачала головой, отвернулась.

– Даниил ушел… неизвестно куда… не захотел даже попрощаться…

– Это к лучшему, незачем ворошить прошлое и вспоминать об обидах и потерях. Отец ведь мог и не вытаскивать его из хроника, куда засадил после тех событий в Прибалтике. Однако он великодушнее, чем Шаламов. Ты действительно ушла от отца к Даниилу, потому что любила его?

На миг в глазах Купавы проступила растерянность, но она быстро справилась с собой.

– Я любила… люблю твоего отца. А ушла, потому что…

– Захотела доказать, что имеешь право на свое мнение.

– Ты осуждаешь меня?

– Нет, конечно, мамочка, – улыбнулась Дарья. – Я вся в тебя, хотя мне как раз нравятся сильные мужчины, яркие индивидуальности, такие, как папа, как дядя Джума, дядя Аристарх.

– Мне они тоже нравятся.

Мать и дочь посмотрели друг на друга, засмеялись. Потом Купава убрала посуду, позвала дочь в гостиную.

– Теперь рассказывай.

Дарья забралась с ногами в кресло, призадумалась немного и начала рассказ. Когда он закончился, Купава смотрела на дочь другими глазами. Она никогда не думала, что ее, в общем-то, вполне взрослая и самостоятельная дочка способна тем не менее на подобные авантюры. Сама она никогда не отважилась бы покинуть Землю и нырнуть в бездны пространства и времени в поисках мужа.

– Дед за твои рискованные мероприятия устроил бы тебе выволочку, – проговорила она.

– Дед бы меня понял, – махнула рукой Дарья. – Да и отец тоже.

– Ну, не знаю… значит, ты побывала в будущем… и как же там живут люди?

– Да неплохо живут… из тех, кто остался. В городах живут только сетлеры, жители Интерсети, плюс банды всяких мерзавцев, ищущих острых ощущений и пользующихся работающими городскими службами. Настоящие живые люди селятся в лесах, на хуторах, в экологически чистых зонах, создают общины и союзы. Хотя население все равно постепенно убывает, численность популяции уменьшается.

– Популяции, – усмехнулась Купава. – Нахваталась умных словечек, можно ведь и попроще сказать.

– Все так говорят, – не обиделась Дарья. – Человечество уходит, и процесс неостановим. Ты же помнишь, что рассказывал папа? На смену людям придет другой разумный вид – мутировавшие лягушки. Аборигены тех мест, где был когда-то хутор Вщиж, называют их лягунами и кваггами. Они уже могут общаться с людьми – жестами, хорошо их понимают. Один из лягунов и подарил сыну князя трансфер. Причем взял его из дома деда, который в те времена оказался на дне болота.

– Как все повернулось… – задумчиво покачала головой Купава. – Дом деда все еще стоит на хуторе, в нем живут другие люди, никаких артефактов там нет, а ты говоришь – он на дне болота…