— Я так счастлива, что, кажется, взорвусь.

— Не делай этого, — дурашливо прорычал он ей в шею. — Я вынашиваю некоторые планы на завтрашнее утро. Пилот подберет нас около восьми. В Лас-Вегасе мы пересядем на самолет в Гранд-Джанкшен. Мне не терпится познакомиться с моим соперником.

Рэйни нахмурилась.

— О чем это ты? В моей жизни нет другого мужчины.

— Есть. По словам твоей мамы, ты и этот парень были неразлучны с тех пор, как ты прилетела домой из Нью-Йорка. Насколько я понимаю, он спит в твоей постели.

— Уинстон! — радостно воскликнула она.

— Кто же еще? — Пэйн хмыкнул. — Если он собирается жить с нами в «Крегс-Хэде», я бы хотел начать налаживать с ним отношения прямо сейчас.

Если мне удастся добиться того, что он будет хотя бы терпеть меня, то у нас все будет хорошо.

Терпеть тебя…

Рэйни обвила его руками.

— Он полюбит тебя и ничего не сможет с этим поделать, как и я. Диана верно сказала, я воск в твоих руках, как говорит народная мудрость.

— Такой дивный воск.

От его поцелуя ее бросило в жар. Когда он в конце концов прервал этот поцелуй, она была не в состоянии его отпустить.

— Отпусти меня, — прошептал он, — я не ручаюсь за себя, когда я рядом с тобой. Давай прогуляемся к реке и поговорим о наших планах до восхода солнца.

— Оно уже взошло, дорогой. Разве ты не знаешь, что вся вселенная наполнилась светом с того момента, как ты просунул ногу в мою палатку?

Настойчивый лязг бакена, который обозначал границу канала, вернул Пэйна к действительности.

Он, не глядя, протянул руку к той, которая уже двадцать четыре часа была его женой.

Вместо ее теплого роскошного тела, так часто прижимавшегося к нему всю эту ночь, его рука нащупала холодную простыню и подушку, еще хранившую ее аромат.

Окончательно проснувшись, Пэйн резко сел. В полутемной каюте под палубой он был один. Может быть, она пошла в главный салон, за камбузом?

— Рэйни.

Никакого ответа.

Он поспешно взбежал по трапу.

Не обнаружив никаких признаков жены и в кубрике на корме, он почувствовал себя так, словно его выбросило за борт.

Пэйн бросился бегом на переднюю палубу.

— Рэйни! — крикнул он во всю мощь своих легких.

— Я здесь, дорогой!

— Господи боже, я уже думал, что потерял тебя… Он так дрожал, что едва держался на ногах. — Никогда больше не поступай так со мной.

— Не буду… обещаю… — Голос у нее дрогнул. Сожалею, что напугала тебя, Пэйн, прости меня.

Он без остановки покрывал поцелуями ее лицо и волосы.

— Если бы что-то случилось с тобой…

Она прижалась к нему теснее.

— Клянусь, никогда преднамеренно не стану пугать тебя. — Она подняла повлажневшие глаза на него. — Ты знаешь, что я люблю тебя больше жизни.

Прошедшая ночь…

Он и не представлял, что значит жизнь, до прошлой ночи. Ее любовь заставила его почувствовать себя так, словно он родился заново.

— Ты моя жизнь, Рэйни. Когда я протянул руку к тебе несколько минут назад, а тебя не оказалось на месте…

— Я хотела, чтобы ты еще немного поспал, а пока взяла блокнот для рисования. Мне было нужно больше света, и я вышла на палубу. Когда несколько минут назад разбушевался ветер, я отложила рисование и решила принести тебе завтрак в постель. Я уже возвращалась, когда услышала твой отчаянный зов, и подумала, что с тобой случилось что-то ужасное.

— Кое-что ужасное действительно случилось тебя не оказалось рядом.

— Точно такое же чувство пережила и я, когда вертолет увозил меня из «Крегс-Хэда» и я знала, что больше никогда тебя не увижу.

— Все это уже в прошлом, — прошептал он, — теперь ты моя жена, и мне нравится твое предложение позавтракать в постели, но в следующий раз, когда почувствуешь непреодолимое желание рисовать, сначала скажи мне об этом — мое сердце не выдержит такого испытания во второй раз.

— Как и мое. Я обожаю тебя, Пэйн, и не могла бы жить без тебя теперь.

— Значит, мы понимаем друг друга, — прошептал он. — Давай уйдем с этого ветра и примем теплый душ.

Щеки у нее порозовели.

— Если мы начнем с этого, ты умрешь с голоду.

Он сделал глубокий вдох.

— Я уже умираю, от желания.

Он схватил ее и понес в спальню.

После того, как в половине одиннадцатого утра в семейной церкви Рэйни состоялась церемония, за которой последовал обед в доме ее родителей, пилот самолета, принадлежавшего компании Пэйна, доставил их, его родственников и телохранителей обратно в Нью-Йорк.