17 июня

Не успела Деметра войти в свой номер, как почувствовала прикосновение чьей-то руки. Даже не нужно было оборачиваться — она и так знала: это Лоло Мицуно. Пришел объяснять то, что и так давно понятно. Девушка резко вырвалась из его объятий.

— Лоло, уходи. Мне все ясно.

Дверь приоткрылась, но она почему-то медлила, не решаясь переступить порог.

— Деметра, послушай, я хочу тебе кое-что показать. Он снова дотронулся до ее локтя, но теперь уже очень мягко.

— Зато я не хочу…

Она застыла, не в силах пошевелиться. Стояла и смотрела в дверной проем: там приглушенно поблескивал глаз терминала, там ее кровать, одежда, там душ. Даже тупую машину можно научить посылать толковые сообщения. Даже в эту чужую кровать можно забраться и забыться безрадостным сном. Только бы все от нее отстали…

— Что? Что ты хочешь показать?

— Я не могу сказать тебе это…

Лоло изо всех сил моргал, дергал бровями, как тогда, в чайной. Что это с ним, нервный тик?

— Пойдем со мной.

Он увлек ее вперед по коридору, нежно-нежно. Деметра перестала сопротивляться. Только вздохнула и спросила:

— Далеко еще?

— Ты знаешь дорогу.

— Ладно. Подожди, я закрою дверь…

Когда позади остались три уровня и четыре перекрестных тоннеля, девушка чуть замедлила шаг и сказала:

— Если ты воображаешь, что едва мы окажемся в том месте, как я начну тебя обслуживать, — то глубоко ошибаешься.

— У меня и в мыслях не было. Дело совсем в другом.

— Но ты сам говорил, что комната предназначена для отдыха.

— И для этого тоже. Поверь, нам есть о чем поговорить.

— Мы уже как-то говорили с тобой. Помнишь, в баре «Хоплайт»?…

— Я имею в виду личный разговор.

С этими словами Лоло направился вниз по коридору, оставляя Деметре всего два варианта: либо так и продолжать стоять и глядеть на его удаляющуюся спину, либо поспешить туда, куда он ее зовет. Она предпочла последний.

Вот уже и контейнеры с водой остались позади, и перед ними — знакомая до боли стальная дверь с цифровым замком. Набирая код, Лоло загородил его собой, и уже когда дверь ржаво заскрипела, показал Деметре комбинацию и спросил:

— Ты ее знала?

— Нет.

— Так как же тебе удалось?

— У меня свои методы.

Мицуно покачал головой:

— Да, осторожность нам не помешает.

Они вошли, и Лоло щелкнул выключателем. Зарешеченные лампочки тускло осветили скромное жилище: все на своих местах, просто безукоризненный порядок. Да, видать, Деметра еще та шпионка! По крайней мере следов не оставляет…

— Ну и где же ты увидела компьютер?

— Вон за той кучей реквизита есть потайная комнатка. Там еще стоит такой симпатичненький столик, а на нем — компьютер.

Мицуно облегченно вздохнул.

— Да, работенку ты проделала немалую, — произнес он и направился к задрапированной стене и начал разгребать скафандры. Освободил проход, согнулся и осторожно ступил в открывшееся затемненное пространство. Деметра молча последовала за ним.

— А вот и компьютер, — весело произнес Лоло, вплотную подойдя к столу.

— Конечно. Все как я и говорила. Вот оно — доказательство твоей лжи.

— Деметра, послушай. Я не лгал. Он не был включен, когда мы занимались любовью.

— Как это? Ты же сам сказал, что машины всегда начеку.

— Все, кроме этой. — С этими словами Лоло потянулся к переключателю, повернув его в сторону единички. Ничего особенно не изменилось, разве что от проводки заструилось еле заметное тепло. — Вот теперь начеку и эта машина.

— А как с ним соединяться? — спросила Деметра. — Я так и не смогла понять.

— Очень просто. Он реагирует на голос, как и твой хронометр.

— Так он нас слышит.

— Да, я все слышу, — раздался неимоверно глухой и ржавый звук, чем-то напоминающий скрежетание старой газонокосилки.

Да, того, кто создавал эту машину, явно не заботило программирование хоть мало-мальски приятной личности.

— А как вас зовут? — Девушка осмелилась задать еще один вопрос.

— Лета.

— Что за странное имя!

— Идея принадлежит Элен, — посмеиваясь, пояснил Лоло. — Она решила немного пошутить. Дело в том, что Лета — это мифическая река в Древней Греции. Считается, что тот, кто хоть раз окунулся в ее воды, все тут же забывает.

— Забывает о чем?

— Да обо всем. Обо всем, что слышал, видел, чувствовал. Лета — это наша память. Мы приходим сюда, сообщаем Лете определенную информацию и можем со спокойной совестью о ней забыть. Помнить — задача Леты. Помнить и соотносить с другими известными данными.