Я не тороплюсь. Бреду по посадочному полю к светящейся золотыми сполохами арке таможенного контроля, и холодный ночной ветер приятно ерошит шерсть. Катера здесь запрещены, и на посадочном поле совсем другие запахи… пахнет метаоксом, горячей броней, а еще – солью и водорослями: океан совсем рядом. Океаном, неглубоким и заросшим водорослями, покрыта большая часть планеты. И по всей планете над буро-зеленой водой – крыши ящерьих городов. Расширяться уже некуда: свободного океана ровно столько, чтобы обеспечить воспроизводство…

По счастью, прибывших здесь не досматривают: ящеры отслеживают только вывоз. Иначе пришлось бы ждать, пока таможенники выйдут из ночной комы и отогреются. А так – входи себе, благо меры предосторожности ящеров не пошли дальше системы фотоэлементов в шлюзе. Вполне надежно: если во внутренней камере кто-то есть, внешняя дверь попросту не откроется.

В зале ожидания пусто. Беру со стойки регистрации яркий рекламный буклет и выхожу на освещенную вывесками и указателями широкую улицу. Здесь тихо, куда тише, чем ночью на Нейтрале. И пустынно. Ни тебе катеров, ни прохожих, ни даже полицейских патрулей. Только музыка где-то недалеко, тихая, но с назойливыми ударными, – человечья, что-то такое у них в моде последние пару лет.

Я прошла мимо гостиницы, проигнорировала ханнский ресторанчик и вошла в человечий. К музыке с назойливыми ударными, к резким запахам специй, жареного мяса, спирта и соленых огурцов – на столике против входа классический «разлив на троих»; к приветливо махнувшему из-за стойки бармену.

Кроме бармена и троих выпивающих, в ресторанчике коротали время: два ремонтника в замызганных комбезах над шахматной доской, наверное, из персонала доков; сонная девчонка над тарелкой острой лапши; жующий сигарету лэмми с татуировкой семейного комиссионера; и толстый рыжий пижон с банкой пива и блюдцем чипсов. И застывший в ночной коме ящер, на которого деликатно не обращали внимания – мало ли, по какой причине бедняга опоздал к себе за шлюз. Ящер… конечно, где им учуять, как от него несет невидимкой! Люди… ну, и лэмми тоже не ахти какие нюхачи.

Однако на связь я должна выйти именно здесь.

– Что заказывать будем? – поинтересовался бармен.

– Поесть, – хмуро ответила я. – Без специй что-нибудь.

– Без специй, – протянул бармен, – что ж, есть и без специй. Картофельное пюре. Рис. Трильские рыбные палочки. Рыбный салат. Овощной салат. Творог. Если не спешите, суп могу заварить. С фрикадельками. Там, по-моему, только лавровый лист из специй.

– Давайте, – согласилась я. – Суп, творог и сливки. И ореховые крекеры, если есть.

– Именно ореховые, – профессионально улыбнулся бармен. – Пожалуйста, ореховые крекеры, сливки, творог. Суп через пять минут, выбирайте столик по вкусу, с вас пятнадцать кредов.

По вкусу… я сгребла заказ и уселась за ближайший к ящеру: только оттуда видно всех посетителей, а невидимка все равно прекрасно прослушивает заведение от входа до подсобки. Одна надежда, что разговор мне предстоит достаточно невинный.

Суп оказался лучше, чем я ожидала, а творог, наоборот, хуже. Девчонка доела свою лапшу и ушла. Шахматисты заказали по кофе. Пижон догрыз чипсы, спустил банку из-под пива в утилизатор и громко потребовал повторить.

– Кредит исчерпан, Сэйко, – отрезал бармен.

Я вскрыла крекеры и отхлебнула сливки. Сэйко – мой связник. После того как прозвучит его имя, я должна взяться за рекламный буклет. А потом дать ему возможность пригласить меня в офис. Никаких жестких паролей. Тем лучше, учитывая пристроившегося рядом невидимку.

Я кинула в рот крекер и отгородилась от связника рекламным буклетом.

«ВНИМАНИЕ! – кричали золотые буквы на первом развороте. – Народ сссла делает шаг дружбы! Индивидуальные экскурсии по зоне обитания для любого желающего! Традиционный обед! Посещение модуля золотообработки! Сувенир на добрую память!»

Так… похоже, идеи шефа мне не понадобятся. Интересно, с чего это ящеры начали играть в открытость?

– Вы, я вижу, здесь впервые? Чем интересуетесь? – Сэйко подсел за мой столик, я свернула буклет и посмотрела ему в глаза. Он оказался не так уж молод – пожалуй, ровесник Блонди или даже чуть постарше. Узкоглаз, смугл, тонкогуб, с чуть намеченной ниточкой усиков. И очень, очень острый взгляд.

– Вообще-то кварцами, – выдала я первую часть рекомендованной шефом декларации интересов. – На аппаратуру. Но вы, возможно, не откажетесь просветить меня на предмет местных сувениров?

– Это запросто. – Сэйко широко улыбнулся, занося приезжего лоха в список потенциальных клиентов. – У меня офис неподалеку, не откажите полюбопытствовать.

– Я вижу, вы здесь делаете дела без долгих предисловий, – усмехнулась я в ответ. – Что ж, давайте посмотрим.

Мы вышли в ночь, я пофыркала, прочищая ноздри от запаха специй и невидимки.

– А вы, простите, кварцами предметно интересуетесь или больше ради любопытства?

Такого поворота разговора инструкции шефа не предусматривали.