— Ну что же, мессиры, — сказал он, — вы прибыли как раз к началу нашей первой широкомасштабной атаки на наружные форты. Я уже развернул в цепь третью дивизию и думаю пойти на приступ при очередном появлении здесь «Черного Корабля».

— В таком случае вы выбиваетесь из графика. И, по-моему, довольно ощутимо.

— Вообще-то да, — неохотно признал Ван Рельт. — Этим утром мы натолкнулись на неожиданно упорное сопротивление. Пришлось двинуть вперед вторую дивизию, и лишь тогда, обойдя противника с фланга, мы смогли выбить их с позиций у реки. Они засели на скалах, так что обширные районы ими простреливались, и лобовая атака стала невозможной, даже при участии космических пехотинцев.

— Да, — издевательски ухмыльнулся молодой Прауд. — Я просмотрел донесения. Бутте, похоже, дали вам прикурить. Подумать только: две тысячи фейнов держались против четырнадцати тысяч ваших людей — а ведь у вас к тому же было превосходство в воздухе и космические пехотинцы.

— В бою с отборными соединениями фейнов численное превосходство необходимо. Вы это прекрасно знаете, мессир.

Молодой Прауд кивнул с притворной учтивостью:

— Да, я знаю это, мессир. Вот почему, когда появится наш основной противник — а его нужно ждать не позднее вечера, — мы нарастим нашу мощь в несколько раз.

— Дивизии подкрепления уже грузятся в самолеты?

— Да.

— Тогда давайте подойдем к карте. Я покажу вам теперешнюю расстановку сил.

Они вошли в просторную комнату с настольной голографической картой. Десятки молодых офицеров обоего пола расположились перед компьютерными терминалами, передавая приказы, принимая донесения, отслеживая оперативную ситуацию на мониторах. Алас Ром села возле Ганвика и порой обращалась к нему за пояснениями. Карта передавала ландшафт из мельчайших деталей: густая зелень деревьев, синие прожилки рек, приземистые горные вершины — все это складывалось в необыкновенно четкое, многоцветное голографическое изображение.

Ван Рельт щелкнул рычажком, и компьютер стал проецировать на карту запись утреннего сражения.

— В 8.00 космические пехотинцы шестью группами десантировались в Мулдских лесах.

Шесть красных точек одна за другой появились над лесами к югу от горы Титус, образуя V-образный клин — типичное построение для подразделений космических пехотинцев. Клин этот устремился на северо-восток к горе Аунчус, высотой четыре тысячи метров, под которой раскинулось поместье Бутте.

— В 9.06 мы вступили в контакт с вражеской армией на реке Улуин. Противник вел заградительный огонь с заранее хорошо укрепленных позиций на скалах восточного берега.

Желтая сыпь покрыла густые заросли в пойме Улуина, обозначая защитные рубежи Бутте с артиллерийскими позициями фейнов и людей.

— Шквальный огонь не затихал все утро, а в это время транспорты с новыми командос беспрепятственно садились за горой Титус.

Теперь по разные стороны горы Тцтус появились первая и вторая дивизии — большие красные кляксы, двинувшиеся через лес. К полудню эти кляксы сместились к Улуину. Вторая дивизия переправилась через реку и стала Обтекать фланг сторожевого импи Бутте, дислоцированного на скалах.

Оборонительные линии стали дробиться, желтая сыпь спала и переместилась к Сдиверарским лесам, а новые командос теснили желтые пятнышки все дальше, загоняя их в форты вокруг поместья Бутте.

— К полудню мы вышли на рубежи, которые занимаем в настоящее время. С тех пор артиллеристы успели окопаться.

Красный цвет стал сгущаться на восточных рубежах, на опушках леса, подступающего к поместью Бутте.

— Превосходно, мессир, — с довольным видом произнес молодой Прауд.

— Превосходно? — недоверчиво переспросил Дегорак Шевде. — Вы называете это превосходным? Теперь они надежно укрылись за неприступными фортификациями. Штурмовать эти укрепления — большой риск.

— Мессир Шевде, позвольте мне объяснить вам ситуацию. В настоящее время мы взяли поместье в осаду. Внутри находятся вырубленные в камне бункеры со сказочными богатствами — в них хранится около пятисот килограммов протеинов долголетия. То, что мы рвемся к этим погребам, совершенно бесспорно для противника. А потому Лавин обязательно явится сюда с импи быстрого реагирования, и мы раздавим его.

— Но если космические пехотинцы расположились по всем правилам… — начал было протестовать Дегорак, но осекся, заглянув в безумные глаза молодого Прауда.

— Он придет, — невозмутимо повторил молодой Прауд, и снова странная улыбка заиграла на его губах. — )Л мы его раздавим.

Медленно, с усилием, словно выходя из транса, он отвернулся от Дегорака Шевде и отрегулировал проектор так, чтобы охватить на голограмме всю огромную долину. А потом взмахнул тонкой рукой:

— Вот здесь, мессиры, состоится избиение. Здесь мы пронзим бивнями пробирочное Прошлое, а затем затопчем его насмерть.

Он смолк на мгновение, стараясь совладать с захлестывающими его чувствами.