Он вышел в плавках, уже загоревший за несколько дней, проведенных здесь. Загар особенно выделялся на фоне белых плавок. Чезаре взял трубку.

— Кардинале слушает.

В трубке раздался голос оператора.

— Хорошо, — сказал Чезаре. — Соедините с ней. — Он взглянул на Барбару. — Это мой секретарь, мисс Мартин.

Барбара кивнула и снова вышла на балкон. До нее долетали лишь обрывки разговора — о какой-то автомашине, находившейся в Палм-Бич.

Через несколько минут он положил трубку, но на балкон не вышел. Когда она обернулась к нему, он сидел за столом, делая какие-то пометки в блокноте.

Она вернулась в комнату. Он посмотрел на нее и улыбнулся.

— Прости меня, — сказал он. — Дела. Барбара задумчиво кивнула. Это был последний день недели, которую они планировали провести вместе.

— Я хотела бы, чтобы эта неделя только начиналась; — сказала она.

— Я тоже, — согласился он.

— Завтра мы снова будем в Нью-Йорке, и снова будет холодно и уныло, и такого тепла, как сейчас, не будет до самого лета. Как хотелось бы остаться здесь навсегда!

Он снова улыбнулся.

— В том-то и беда. Отдых всегда кончается.

— И наш тоже? — спросила она, имея в виду отнюдь не отпуск. Он понял ее.

— Должен закончиться, — сказал он спокойно. — У меня дела, и мне нужно возвращаться. А тебя тоже ждет работа.

Налет печали омрачил ее лицо. Барбара поняла, что единственным человеком, которого она старалась обмануть, когда согласилась провести подобным образом эту неделю, была она сама. То, что произошло между ними, для него не больше чем развлечение.

— Чезаре, тебя по-настоящему знает кто-нибудь?

В его взгляде отразилось удивление.

— Смешной вопрос, — ответил он.

— Совсем не смешной, — возразила она. — Большинство людей считает, что ты плейбой. А я знаю, что ты не такой.

Чезаре, обойдя стол, подошел к ней.

— Мне очень повезло. Моему бизнесу приносит пользу то, что я делаю с удовольствием.

Она взглянула ему в глаза.

— Разве это поймут такие девушки, как я? Создавать свою репутацию на гоночных машинах? Потому что это благотворно влияет на твой бизнес?

Он взял ее за руку.

— Никакая девушка не может сравниться с тобой.

— Правда? — спросила она, сердясь за то, что не может вовремя остановиться. — А как же баронесса? Бронски, или как там ее? Целый месяц все газеты сообщали о том, как ты гоняешься за ней по всей Европе.

— Илеана? — Он рассмеялся. — Я знал ее, когда она была еще ребенком. Наши семьи издавна дружили. Кроме того, сейчас она для меня уже ничего не значит. Она в Калифорнии с богатым техасцем. Илеана вообще питает пристрастие к богатым техасцам.

Ее взгляд погас.

— Прости меня, — сказала она. Он взял ее рукой за подбородок и поднял голову.

— У меня есть идея, — сказал он. — В Палм-Бич находится машина, которую по просьбе моей конторы я должен осмотреть. Вместо того чтобы лететь сегодня вечером в Нью-Йорк, давай заберем эту машину и поедем на ней домой. Мне все равно надоели самолеты, а подобной поездкой мы сможем продлить наш праздник.

Ее лицо осветила улыбка. Возможно, она ошибается, и для него эта неделя не просто развлечение.

— Это просто чудесно!

Он взглянул на часы.

— У нас еще есть время поплавать. Мы можем пообедать в Палм-Бич и к утру быть в Джэксонвилле.

Ваникола вышел из ванной комнаты в домике у бассейна. Он был в плавках, в ярких плавках на гавайский манер. Остановился в тени домика и посмотрел на сотрудников Федерального бюро.

— Ну как, ничего, если я приму сейчас свою дозу загара?

Агенты ФБР обменялись взглядами, а Стэнли обернулся и проверил, стоят ли люди на выходах. Они поймали его взгляд и кивнули. Он поднялся на ноги.

— Думаю, что все в порядке, — сказал Стэнли нехотя.

Два других агента тоже встали. Ваникола направился к бассейну, осторожно выбирая путь между загорающими, раскинувшимися на шезлонгах. Агенты были рядом с ним, когда он снял со стойки пластиковый матрас и столкнул его в воду. А сам сошел по ступенькам в бассейн и неуклюже вскарабкался на матрас.

Стэнли внимательно осматривал людей вокруг них. Самый молодой агент спросил у него:

— Что-нибудь видите, шеф? Стэнли покачал головой.