На улице резко затормозила машина. Резкий взлет, маневрирование на стоянке верхнего уровня, и наконец по лесенке спустилась женщина в мерцающем серебряном наряде.

— Вот и наша детка, — тихо проговорила Ева. — Она не тратит зря времени.

— Это вы ее поторопили, лейтенант, — сказала Пибоди.

— Похоже на то. Любопытно, с какой стати женщина, только что побывавшая в крайне неудобной, компрометирующей ситуации, мчится сломя голову к мужчине, который ее бросил да еще публично объявил об этом?

— Склонность к садомазохизму? — предположил Рорк.

— Вряд ли, — проговорила Ева. — Скорее другая склонность: к сексу и деньгам. Полюбуйтесь, Пибоди, наша героиня не гнушается черным ходом!

Джерри огляделась, ввела код и исчезла за дверью.

— Держу пари, она делает это не в первый раз! — Рорк положил руку Еве на плечо. — Значит, их алиби перечеркнуто?

— Все к этому идет… — Ева достала из сумки очки-бинокль, надела их и навела на окна Джастина Янга. — Пока что я его не вижу. В гостиной никого. — Она перевела взгляд на другое окно. — В спальне тоже пусто, но на кровати стоит большая сумка. На столике у кровати полный стакан. Кухня и входная дверь вне поля видимости. Судя по бликам, в спальне включен телевизор. А вот и она!

В спальню ворвалась Джерри. Мощная оптика позволяла наблюдать сцену неукротимой ярости. Джерри, кривя рот, сняла и злобно отшвырнула туфли.

— Ишь как разошлась! — комментировала Ева. — Очевидно, зовет его и швыряется всем, что попадается под руку. Выход молодого героя. Ну и телосложение!

Пибоди, тоже надевшая очки-бинокль, восхищенно застонала, присоединившись тем самым к оценке своей начальницы. Джастин вошел в спальню обнаженным, мокрым, с блестящими от воды волосами. Но на Джерри это не произвело впечатления: она набросилась на него с кулаками. Он только загораживался и отчаянно мотал головой; спор, сопровождаемый интенсивной жестикуляцией, становился все яростнее. Потом Джастин сорвал с Джерри серебряное платье стоимостью в десять тысяч долларов и повалил ее на кровать.

— Видите, Пибоди, какие молодцы? Нашли способ примирения, — У тебя, случайно, не найдется еще одной пары очков? — спросил Рорк, похлопав Еву по плечу.

— Извращенец! Впрочем, справедливость прежде всего. — Она сняла очки и передала ему. — Тебя можно будет пригласить в свидетели.

— Каким образом? Меня же здесь нет! — Рорк надел очки, присмотрелся и покачал головой. — А парочка не отличается воображением. Ответь честно, лейтенант: ты часто наблюдаешь во время слежки спаривание подозреваемых?

— Я наблюдала практически все, на что способен человек.

Различив в ее голосе недовольные нотки, он вернул ей очки.

— Не слишком приятная обязанность. Как я погляжу, подозреваемые в убийстве лишены права на тайну частной жизни.

Ева дернула плечом и подкрутила окуляры. В данный момент ей было не до шуток. Она знала, что некоторые полицейские не отказывают себе в удовольствии заглянуть в окно спальни; использование очков-биноклей не по назначению превратилось в эпидемию. Тем не менее Ева продолжала считать их полезным инструментом сыщика, как бы часто их ни пытались запретить через суд.

— Похоже, дело близится к завершению, — прокомментировала она. — Похвальная скорость!

Два тела совершали синхронные рывки навстречу друг другу, две пары глаз были крепко зажмурены, два лица, залитые потом, выражали нестерпимое наслаждение. Когда Джастин рухнул на Джерри и застыл, Ева хотела было продолжить описание происходящего, но прикусила язык. Джерри обняла Джастина, он прижался лицом к ее шее. Сцена была пропитана нежностью.

— Глазам своим не верю! — пробормотала Ева. — Это не просто секс. Похоже на любовь…

Наблюдать за выражением человеческой привязанности было тягостнее, чем за приступом животной похоти. Через некоторое время любовники сели; он пригладил ее всклокоченные волосы, она уткнулась лицом в его ладонь. Начался разговор. Судя по выражению лиц, речь шла о чем-то серьезном. Внезапно Джерри уронила голову и заплакала. Джастин поцеловал ее в макушку, в лоб, потом встал, пересек комнату и достал из холодильника бутылку.

Стоило ему налить в стакан синюю жидкость, как она вырвала у него стакан и залпом выпила. Джастин нахмурился: он явно был недоволен.

— Лекарство, говорите? — фыркнула Ева. — Да она настоящая наркоманка!

— Причем только она, — заметила Пибоди. — Он не пьет.

Джастин заставил Джерри встать, обнял за талию и увел из спальни.

— Ждите, когда они снова появятся! — приказала Ева Пибоди и сняла очки, оставив их висеть на шее. — Она чем-то очень расстроена. Не думаю, чтобы причина была в нашей с ней ссоре. Очевидно, просто не выдержала напряжения. Ведь далеко не все люди — прирожденные убийцы.

— Если они для подкрепления своего алиби изображают разрыв, то она сильно рисковала, явившись сюда этой ночью, — рассудила Пибоди.