— Моему клиенту не вменено иных правонарушений, кроме подозрения во владении наркотическими веществами, — заявила адвокат, задрав прямой и острый, как иголка, нос. — Вы блефуете, лейтенант, и это всем понятно!

— Ваш клиент балансирует на краю чрезвычайно крутого обрыва. Вот что веем понятно. Хотите упасть в одиночку, Джастин? На мой взгляд, это будет несправедливостью по отношению к вам. В данный момент ваши друзья тоже отвечают на вопросы. Вдруг они все свалят на вас?

— Я никого не убивал. — Джастин покосился на дверь, на зеркало. Он догадывался, что играет в присутствии аудитории, но не знал, как расположить ее к себе.. — Я даже не слыхал никогда об этих людях!

— Вы хотите сказать, что не слыхали о Пандоре?

— Нет, Пандору я, конечно, знал.

— И были у нее в ночь, когда она простилась с жизнью.

— — Разве я этого не говорил? Мы с Джерри пришли к ней по приглашению, выпили. Потом появилась та женщина. Пандора затеяла драку, и мы ушли.

— Как часто вы и мисс Фитцджеральд пользуетесь неохраняемым входом в ваш дом?

— Мы просто заботимся о приватности. Если бы пресса набрасывалась на вас каждый раз, когда вам надо справить нужду, вы бы меня поняли.

Ева его отлично понимала. Никогда она так широко не улыбалась.

— Забавно! При других обстоятельствах оба вы не гнушаетесь вниманием прессы. Более того, будь я циничной, то сказала бы, что вы его нещадно эксплуатируете. Как давно Джерри принимает «Бессмертие»?

— Не знаю. — Он снова перевел взгляд на зеркало, словно надеясь услышать оттуда режиссерское «стоп». — Повторяю, я не знаю, из чего состоит ее напиток.

— Держите бутылку у себя в спальне и не знаете, что в ней? Неужели никогда не пробовали?

— Даже не прикасался.

— Это тоже забавно, Джастин. Меня, например, так и подмывало бы попробовать жидкость, хранящуюся в моем собственном холодильнике. Другое дело, если бы я знала, что это яд. Тогда, конечно, ни-ни! Вы ведь знаете, что «Бессмертие» — яд медленного действия?

— Не обязательно… — Он осекся и шумно задышал носом. — Ничего об этом не знаю.

— Происходит перегрузка нервной системы. Вещество действует медленно, но верно: летальный исход неизбежен. Каждый раз, когда вы наливали напиток в стакан и подавали его Джерри, вы совершали убийство, Джастин!

— Лейтенант… — хотела вставить слово адвокат.

— Я бы никогда не сделал Джерри ничего дурного! — взорвался Янг. — Я ее люблю. Я бы к волоску на ее голове не притронулся.

— Вот как? Тем не менее несколько свидетелей утверждают, что недавно вы подняли на нее руку. Отвечайте, вы били мисс Фитцджеральд за кулисами «Уолдорф Роял» второго июля?

— Нет, я… Мы рассердились друг на друга. — В голове у него явно все смешалось, он уже не помнил своей роли. — Между нами произошла размолвка.

— Вы, кажется, ударили ее по лицу.

— Да, но… Нет, мы просто повздорили.

— Повздорили? Вы ударили любимую женщину, свалили ее на пол. Ну а минувшей ночью, когда она явилась к вам в квартиру, вы были по-прежнему злы на нее? Вы тогда еще налили ей стакан медленно действующего яда.

— Повторяю, это не яд. Во всяком случае, не в том смысле, как вы утверждаете. Я никогда не злился на нее настолько, чтобы причинить ей боль. Это просто невозможно.

— Вот тут я вам верю, Джастин, — ласково проговорила Ева и неожиданно погладила его дрожащую руку. — Вы действительно ее не били. Вы все это разыграли, так ведь? Вы не из тех, кто способен ударить любимую. Это был розыгрыш, профессиональный розыгрыш.

— Я не… Я…

Джастин затравленно смотрел на Еву. Он чувствовал, что попался.

— Вы много раз снимались в художественных фильмах и знаете, как изобразить удар, не прикасаясь к человеку. Именно это вы и сделали. Вы с Джерри очень удачно изобразили ссору. Разумеется, вы ее не били! — В ее голосе звучало понимание. — Вы ведь не жестоки, правда, Джастин?

Он крепко стиснул зубы и посмотрел на адвоката. Та подняла руку, чтобы прервать поток Евиных вопросов, и склонилась к уху клиента.

Ева ждала, напустив на себя безразличие. Она понимала, в каком они затруднении. Что лучше признать — розыгрыш или драку? Представить себя лгуном или человеком, склонным к насилию? Нелегкий выбор!

Наконец адвокат откинулась в кресле и сложила руки на груди.

— Мой клиент и мисс Фитцджеральд устроили безобидный розыгрыш. Изобразить ссору — возможно, глупость, но никак не преступление.

— Нет, не преступление. — Ева отметила первую трещину. — Отъезд на Мауи и изображение измены любимой с другой женщиной тоже неподсудны. Ведь все это было притворством, правда, Джастин?