Рипли в последний раз стиснула Люси, потом выпрямилась и повернулась к Майе.

— Так, значит, он погиб?

— Да.

— Ты знала все заранее?

— Только кусочки, — покачала головой Майя. — Для уверенности этого было недостаточно, зато вполне достаточно для тревоги и сомнений. — Когда к ним подошла Нелл, Майя протянула руку. — В глубине души я знала, что ты не подведешь. Но мозг говорил другое. Ты всегда была для меня загадкой.

— Я могла сделать это. Во мне говорили гнев и страх. Но я чувствовала вас обеих. Я никогда не хотела этого, — яростно прошептала Рипли. — Ты знаешь, что не хотела.

— Жизнь трудна, — пожав плечами, ответила Майя. — Либо ты играешь картами, которые тебе сдали, либо пасуешь.

— Я знала, что ты победишь. — Нелл взяла Рипли за руку и бережно разогнула ее пальцы. — Нужно вылечить рану.

— Ничего страшного. — Рипли сжала губы. — Пусть останется так. Мне нужен этот шрам, — сказала она. — Очень нужен.

— Ну что ж… — Нелл снова сжала ее пальцы в кулак. — Мы с Заком отведем мистера Хардинга к нам домой. Ему нужна горячая пища. Он потрясен, сбит с толку, но, как ни странно, — она посмотрела на Зака, помогавшего Хардингу подняться, — цел и невредим. Только ничего не помнит.

— Пусть таким и останется, — попросила Рипли. — А теперь вернемся в дом и наведем там порядок. — Она подняла голову к небу, увидела, что облака рассеялись и на небе сияет чистая белая луна. — Буря кончается, — пробормотала она.

Майя кивнула:

— Только на сегодня.

Рипли открыла рот, но тут же вновь покосилась на Хардинга.

— Пусть мальчики отведут Хардинга, а мы еще минутку постоим здесь.

— Ладно. Я скажу Заку.

Ветер сменился легким бризом, в котором ощущался запах ночи и воды. Рипли дождалась, когда мужчины, сопровождаемые собакой, свернули к дому.

Вместе с Майей и Нелл она закрыла круг. Потом взяла свой ритуальный меч, который был настоящим, и очистила его. Пенистый прибой, ставший ручным и ласковым, лизал ее ботинки.

— Когда я подняла меч, — начала Рипли, зная, что подруги рядом, — мне хотелось крови. Хотелось до одури. Казалось, на то, чтобы опустить его, ушло несколько часов. — Она переступила с ноги на ногу. — Я не мастак по части видений в отличие от тебя, Майя, но я видела образы: видела Мака, Мака и себя, родителей, брата. Видела нас Троих в лесу прошлой осенью. Видела тебя, Нелл, с младенцем на руках.

— С младенцем… — Голос Нелл звучал нежно и мечтательно. Она прижала руку к животу. — Но я не…

— Значит, пока нет.

— О боже! — рассмеялась Нелл.

— Но я видела и еще кое-что, — продолжила Рипли. — Три Сестры стояли в дремучем лесу, в круге света. Та, которую звали Земля, была в бурю на этом самом берегу. Тут было много народу. Они быстро сменяли друг друга, но каждый был виден как на ладони.

Я видела тебя, Майя. Ты стояла на своих скалах, у самого обрыва. Стояла одна и плакала. Тебя окружала такая же тьма, которая сегодня вышла из Хардинга. Она хотела поглотить тебя. Я как-то… Но это была ты. Именно ты.

По спине Майи побежали мурашки.

— Ты хочешь сказать, что я должна… беречься? — спросила она.

— Очень беречься. А когда я остановила меч, то увидела кое-что еще, правда, всего лишь на секунду, нас Троих в круге. Я поняла, что все в порядке, то есть все может быть в порядке. Если мы совершим то, что должны совершить, и сделаем правильный выбор.

— Сегодня вечером ты сделала свой выбор, — напомнила ей Майя. — Позволь мне сделать то же самое.

— Ты самая сильная из нас.

— Вот тебе и раз… Это что, комплимент?

— Ты сможешь. Поскольку ты сильнее нас в колдовстве, на твою долю выпадет самое тяжелое испытание.

— Но теперь никто из нас не одинок. — Нелл взяла за руку Майю, а потом Рипли. — Нас Трое.

Рипли взяла руку Майи и замкнула круг:

— Мы — Ведьмы. С большой буквы.

«Я сделала все, что было нужно», — убеждала себя Рипли, но это не приносило ей радости. Она смотрела, как Нелл лечит и успокаивает Хардинга, поит его бульоном и чаем. Позволяла Майе лечить и бинтовать свою ладонь. И не оставалась наедине с Маком, пока они не пошли к желтому коттеджу.

— Если хочешь, мы можем забрать твои приборы.

— Я заберу их завтра, — ответил Мак. Он не прикасался к ней. Сам не зная почему. Просто чувствовал, что она еще не готова к этому.

— Думаю, что Хардинг, в конце концов, напишет свою книгу, — сказала Рипли.

— Только не ту, о которой он мечтал, — уточнил Мак. — Но я Думаю, что Нелл понравится мысль о книге, которая подарит надежду жертвам насилия. Едва ли следует опасаться этого человека после того, как…

— Из него изгнали дьявола?