— Если ты мне не расскажешь, тетя Дора, я вынужден буду найти еще кого-нибудь, — пригрозил Джиджи.

— Больше нет никого, — сказал тетя, проводя своим пальцем по ручке девочки.

Джиджи размышлял, кто мог бы рассказать ему о шпоре.

— Я последний член нашей семьи, кто это знает, — прошептала тетя Дора ребенку.

— Тогда я буду вынужден расспрашивать на стороне, — сказал Джиджи. Это решение пришло к нему внезапно. Есть же кто-то, кто знал его отца, кто обещал рассказать про него больше. Кого ненавидит тетя. И даже думать не может о том, чтобы рассказывать этому человеку о семейных тайнах.

— Я спрошу у Садкара, — сказал он.

Тетя Дора обернулась и взглянула на Джиджи.

— У этого выскочки? — фыркнула она. Что он может знать? Он даже не может есть без совета своего помощника.

— Он встречал Коула при дворе. Он знает обо всех приключениях Коула, — ответил Джиджи, надеясь, что все это правда.

Глаза тети Доры превратились в узенькие щелочки. Джиджи наверняка мог сказать, что она думала о том, что же может знать Садкар. Она раскусила блеф своего родственника.

— Ну и иди, — сказала она. Спрашивай Самтавана Садкара. Хотя, только зря время потеряешь.

— Я спрошу его, — ответил Джиджи. — Прямо сейчас.

Он нагнулся и поцеловал маленькое ушко Эмбер, затем повернулся к выходу.

— Доброго дня, тетя Дора, — прошептал он в дверях.

Самтаван Садкар закончил изучать последний документ из стопки, которую положил перед ним Кульспир.

— Истощение ресурсов неизбежно влечет за собой бездеятельность войск, — причитал он вслух, хотя находился один.

Он провел пальцами по седеющим вискам.

«Чтение подобного рода докладов, — решил он, — прибавляет мне седых волос».

Он заново перечитал эту фразу, как будто здесь была какая-то загадка. А собственно это и было загадкой для него. Вдруг он стукнул своим огромным кулаком по столу и понимающе кашлянул.

— У этого мальчика есть подход к словам, — вздохнул он, качая головой.

Садкар восхищался бюрократическими опытами своего секретаря, хотя иногда думал, что лучше было бы, если бы Кульспир не был так умен, так как частенько ставил самого лорда в тупик.

На полях документа, около сообщения, которое он только что прочитал, Садкар накарябал:» Азун, я не могу послать этих мальчиков в дозор в такой ледяной дождь, когда у них в желудках только жидкая овсянка. Нужен продуктовый паек!!!»

Садкар поставил заглавие, расписался внизу и свернул бумагу. В завершение он полил край свитка воском и приложил свою печатку.

Вытянув руки, чтобы легче было расслабить свои широкие плечи, он проворчал.

— Хватит сидеть в этом маленьком душной чулане.

Основной приемный зал Краснокаменного замка был оставлен для того, чтобы им пользовался Садкар. Вокруг него возвышались колонны и арки высотой в два этажа. В этих стенах во времена бедствий и празднеств собирался весь город.

Стол Садкара стоял в одном конце этого огромного зала.

Бывший победитель великанов, Садкар был высоким человеком крепкого телосложения, и каждый раз, оказываясь в четырех стенах, сразу начинал тосковать о луговых просторах и свежем ветре.

Любимым занятием на службе у него было думать о том, когда же кончится рабочий день. Он надел плащ.

— Кульспир, — позвал он своим громоподобным голосом.

Кульспир проскользнул в комнату, тихо закрыв за собой дверь. Лицо секретаря, казалось, настолько было измучено заботами, что могло испугать любого, кто не знал, что у Кульспира одно и то же выражение для всех случаев, будь то свадьба или вторжения варваров.

— Я просмотрел все отчеты, которые ты принес мне, Кул, — сказал Садкар, — хорошо сделано. Я подумал, что можно прерваться, на сегодня, — добавил он, взглянув на Кульспира с выражением школьника, который справился с заданием и просит позволения поиграть на улице.

— Простите, сэр, но я назначил одному человеку встречу с вами как раз на этот час.

— Сейчас? Кульспир, как ты мог назначить кому-то встречу на это время?

Разве ты не видишь, что идет дождь? Ты не понимаешь, что рыба там ждет мою удочку?

— Приняв во внимание личность человека и его проблему, я подумал, что вам лучше увидеться с ним сегодня, сэр. Он ждал уже час, пока вы разбирались с вашими другими делами.

— Проси его, — вздохнул Садкар. Он сел, но не стал снимать плащ: