— А ты откуда знаешь? — улыбнулся Андрей. — Тебе самой до тридцати целых шесть лет.

— Знаю, — отрезала она, — поэтому и говорю.

У этой невысокой девочки с крашеными рыжеватыми волосами был сильный характер. Он вспомнил Урсулу. Сколько лет с тех пор прошло? Кажется, шестнадцать. Катя еще ходила в первый класс, когда погибла Урсула. Она была женой его друга. Все они были тайно в нее влюблены. Но никто не решался в этом признаться. Решился только один — сам Адам Купцевич. Только этот элегантный поляк решился ухаживать за такой красивой женщиной. И в награду получил взрыв в автомобиле, в котором они находились. Купцевич чудом выжил, но врачи ампутировали ему обе ноги. А Урсула погибла, и Дронго был единственным свидетелем случившегося. Чудом уцелевшим единственным свидетелем.

— Интересно, есть на этом теплоходе текила? — неожиданно спросил Дронго.

— Не знаю, — удивился Андрей, — а вы хотите прямо здесь заказать текилу?

— Стоит попробовать. Поговорю с барменом, может, найдем.

— Здесь рассказывают, что вы перепили ирландца и русских писателей, — сказала Катя.

— Про меня всегда рассказывают разные гадости, — шутливо пожаловался Дронго, — надеюсь, что вы не поверили. Разве можно перепить Маккормика? Или Мураева? Я только делал вид, что пил.

— В таком случае вы неплохо делали вид, — заметил Андрей Бондаренко. — Вы железный человек, если смогли перепить не только их, но и Георгия Мдивани. Я видел, как вы держались после текилы. Он был зеленого цвета, а вы стояли так, словно вообще не пили.

— Надеюсь, это не единственное мое достоинство. — пробормотал Дронго. — Кажется, мы уже возвращаемся. Я поговорю с барменом и узнаю насчет текилы.

Они успели выпить по две рюмки, когда теплоход причалил к берегу, и все стали сходить на причал, чтобы принять участие в празднике, который должен был начаться через час. К Дронго подошел Яцек Пацоха.

— У нас все готово, — сказал он. — Ты мне назовешь имя человека, которого мы должны взять. Вчера у нас было одиннадцать человек. Кто остался?

— Украинцев исключи, — сразу ответил Дронго, — вычеркнем из списка Карлоса Казареса и Георгия Мдивани. Остаются шесть человек. Мне нужно, чтобы ты пригласил этих шестерых в замок сразу после представления. Можешь это организовать?

— Конечно, могу. Шесть человек. Значит, ты еще точно не знаешь?

— Знаю, но могу ошибиться. Поэтому давай сделаем так. Ты должен пригласить Ивана Джепаровского, Зорана Анджевского, Мехмеда Селимовича, Стефана Шпрингера, Альваро Бискарги и Павла Борисова. Шесть человек, которые должны собраться во внутреннем дворике замка ровно через час после того, как закончатся выступления актеров.

— Они начнутся в шесть, — взглянул на часы Пацоха, — значит, я скажу, чтобы этих шестерых позвали к восьми.

— Да, — кивнул Дронго, — позови еще Георгия Мдивани. Я бы хотел, чтобы и он присутствовал во время сегодняшнего разговора.

— Мне трудно понять логику твоих рассуждений, — признался Пацоха, — но я согласен все сделать, лишь бы ты указал убийцу. Мы уже связались с Интерполом, они готовы выдать ордер на арест убийцы.

— Договорились, — кивнул Дронго, — значит, ровно в восемь вечера.

Праздник начался в шесть, как и говорил Пацоха. За накрытыми столами расселись не только участники «Литературного экспресса», но и приглашенные журналисты, гости из соседних городов, местные чиновники. Небольшой польский городок, кажется, собрал все свои запасы, чтобы достойно встретить такое количество известных в Европе людей. На площадке пели дети, выступали актеры. В половине седьмого к присутствующим обратился герольд вечера, одетый в костюм средневекового рыцаря. Попросив тишины, он объявил о начале рыцарского поединка.

Дронго подошел к Хоромину и тихо сказал, что встреча в замке состоится ровно в восемь часов.

— Почему? — спросил встревоженный Хоромин. — Что-нибудь случилось?

— На месте узнаете, — улыбнулся Дронго, ничего не объясняя. Затем он подошел к Планнингу и также предложил ему прийти через два часа во внутренний двор замка. Англичанин не удивился, кажется, он этого ждал.

Одетые в средневековые костюмы актеры начали разыгрывать традиционный рыцарский турнир, когда, сходясь в неистовой схватке, рыцари бились за право считаться сильнейшими или за честь своей дамы. В этот вечер рыцари бились спешившись. Гулкий звук мечей разносился далеко по излучине реки.

В семь часов герольд еще раз обратился к присутствующим. Он предложил всем желающим попробовать себя в рыцарском поединке. Почти сразу вызвались двое. Молдаванин Василий Гарнет и эстонец Карл Мартин. Молдаванина экипировали по всей форме, надев на него рыцарские доспехи. Эстонец ограничился легкой накидкой и мечом. И едва они сошлись, почти сразу выявилось преимущество молдаванина.

Затем было еще несколько поединков. Миловидные девушки предлагали каждому принять в них участие. Дронго видел, как засмеявшаяся Драгана предложила участвовать в этом поединке Зорану Анджевскому.