– Тогда все решено, - сказал он.
– Нужно, чтобы Кейси стал полноценным человеком, а для этого, в свою очередь, нужна простая...
– Он остановился, глядя на Стилмана.
– Простая?

– Относительно, - ответил Стилман.

Бизли кивнул.

– Простая операция, чтобы вставить механическое сердце.

Он прошел через всю комнату к двери и открыл ее. Репортеры, крутившиеся около двери, замолчали, как по команде.

– Джентльмены, - обратился к ним Бизли, - вы можете cocлаться на меня.

Репортеры гуськом направились к двери и через минуту заполнили комнату.

– Вы можете ссылаться на меня, - повторил Бизли, когда в комнате снова установилась тишина.
– Могучий Кейси снова будет в строю через сорок восемь часов.
– Он бросил еще один вопросительный взгляд на Стилмана.
– Сорок восемь часов?

– Примерно, - спокойно сказал Стилман.

Вопросы лупили в Мак-Гэри и Бизли, как молнии в громоотвод, в течение двух следующих за этим заявлением минут вся компания была погребена под ворохом записных книжек и утопла в сигаретном дыму.

Затем комната понемногу стала пустеть. Мак-Гэри Лягушачий Рот подобрался поближе к столу, сунул в рот сигару, зажег ее, сделал затяжку, и, держа сигару на отлете, осторожно стряхнул пепел на пол.

– Джентльмены, - объявил он, - как тренер команды "Бруклинских Доджеров", и поскольку я был человеком, открывшим Кейси, хочу сказать вам....

Репортеры быстренько вышли из комнаты, за ними уполномоченный и секретарь, а там и Кейси со Стилманом.

– Мне надлежит сообщить вам, джентльмены, - продолжал Лягушачий Рот, вытирая губы после слова "надлежит" и думая про себя, откуда он взял это слово.
– Мне надлежит упомянуть о том. что команда "Бруклинских Доджеров" это команда, которую так запросто не победишь. У нас и скорость, и выносливость, - тут он вспомнил речь Пэта О'Брайена в фильме Кнута Рокка: ...сила, напор, выносливость.

Он не заметил, что дверь, хлопнув, закрылась, что в комнате кроме него находился только Бертрам Бизли.

– А с такими данными, - продолжал он голосом из фильма Кнута Рокка, Знамя Национальной лиги и Мирового чемпионата, и...

– Мак-Гэри, - крикнул ему Бизли. Лягушачий Рот вздрогнул, как будто его внезапно разбудили. Бизли поднялся с кушетки.
– И почему ты не сдохнешь?
– поинтересовался он и вышел из комнаты, оставив Лягушачьего Рта наедине со своими размышлениями о том, как Пэт О'Брайен развивал эту свою речь в раздевалке во время перерыва в той эпохальной игре с "Гвардейцами Нотр-Дама".

Как Мак-Гэри или Бертрам Бизли провели следующие мучительные двадцать часов, можно только догадываться. Лягушачий Рот опустошил свою бутылочку с нервными пилюлями и провел бессонную ночь, расхаживая по гостиничному номеру. Бизли и вовсе мог бы припомнить разве что короткие мгновения между обмороками, которые случались каждый раз, когда звонил телефон.

На следующий вечер команда готовилась к матчу в раздевалке.

Они играли первую серию из пяти игр против команды "Нью-Йоркских Гигантов", и Мак-Гэри уже придумал девять оперативных планов, а потом порвал их все до единого. Теперь он сидел на скамье и смотрел на своих игроков. Те молчали, как будто их ждал по меньшей мере эшафот. Не было слышно ни звука. Временами то та, то другая пара глаз поворачивалась к телефону, висящему на стене.

Бизли уже звонил доктору Стилману раз семь за этот вечер и не получил никакого ответа. Теперь он разговаривал по телефону с оператором дальней связи в Нью-Джерси.

– Да, - сказал Бизли, и остальные игроки напряженно слушали.

– Ну, - не выдержал Лягушачий Рот.
– Как он?

Бизли покачал головой.

– Я не знаю. Оператор все еще не может пробиться.

Монк, самый лучший принимающий "Доджеров", поднялся со скамьи.

– Может быть, там как раз операция в самом разгаре, - предположил он.

Лягушачий Рот обернулся к нему, свирепо сверкнув глазами.

– Итак, у него операция в самом разгаре! Он что, не может одной рукой снять телефонную трубку?
– Он посмотрел на стенные часы, потом устрашающе выпятил челюсть и обвел взглядом скамью с сидящими на ней игроками.

– Мы не можем больше ждать, - заявил он.
– Я должен укомплектовать команду на сегодняшнюю игру. Коррриган, - сказал он, указывая пальцем на одного из игроков, - сегодня ты будешь подавать. А теперь, все остальные! Он засунул пальцы в задний карман и стал расхаживать перед ними взад и вперед, подражая Пэту О'Брайену.

– Ну парни, - сказал он жестко.
– Ну!
– Он перестал расхаживать и направился к двери.

– Там соперник, - провозгласил он, голос его слегка дрожал.
– Это "Нью-Йоркские Гиганты".
– Он произносил слова так, как если бы они были синонимами социальной опасности.

– И пока мы играем, - голос его снова дрогнул, - на столе лежит большой парень по имени Кейси и борется за жизнь.

Слезы заблестели в глазах Монка, когда этот большой специалист ловить мячи представил себе храброго парня, лежащего на операционном столе. Джипи Резник, третий игрок, уткнулся в носовой платок, словно горький ком застрял у него в горле. Бертрам Бизли всхлипнул, прикинув, сколько зрителей было за шесть недель, пока они играли с Кейси, сделал некоторый прогноз о том, что было бы без Кейси, и всхлипнул еще раз. Мак-Гэри Лягушачий Рот ходил взадвперед перед строем игроков.