— Чисто, сенсоры ничего не показывают.

— Может, они вообще не работают?

— Да нет, два часа назад зафиксировали объект массой до пятидесяти килограммов. Животное какое-то, скорее всего, хищник.

— Ладно, смотрите дальше.

Тишина вокруг начинала действовать на нервы, но с помощью пары дыхательных упражнений Миха заставил себя успокоиться. Прошел еще час, скоро должны были показаться вертолеты.

— Стая птиц, — доложил Баден-Баден, и Миха встрепенулся. — Взлетела на западном склоне.

— Это не по нашу душу, — разочарованно ответил Кемпл.

— Просто стая очень большая, прям как… не знаю что.

«Может, они решили ударить с западного склона, вопреки всему, — подумал Миха. — Чушь, раньше стреляли с восточных, и на этот раз так же будет. Тем более «беркут» на пару со «шмелем» там все перепашет в секунду. Видели, знаем».

— Продолжай наблюдение.

— Есть, сэр.

— Вертолеты уже близко, вот-вот покажутся, — вслушиваясь в эфир, доложил Чинк.

Миха взглянул на Кружкина, но тот отрицательно покачал головой.

— Вижу три вертолета, проходят над Ломоносом, — снова доложил Баден-Баден. — Пуск ракет! Четыре штуки, пять, шесть. Шесть ракет.

— Все на западный склон! — выкрикнул Миха. А Баден-Баден продолжал комментировать ситуацию:

— «Шмель» горит… «беркут» делает разворот, «хамелеон» завис… придурки. Чесать отсюда надо. Пуск с нашего склона! Пять ракет, восемь… Вертолеты делают противоракетный маневр. Одна ракета зацепила «хамелеон», но он еще держится в воздухе. «Беркут» делает залп, но неточный.

Пока Баден-Баден говорил, солдаты выбрались на перевал и последующие события могли наблюдать воочию.

«Шмель» упал в джунгли, а летчики наконец-то приняли правильное решение и стали уходить из зоны обстрела. Но тут произвели сдвоенный залп с обоих склонов, и к летающим мишеням понеслись сразу двенадцать посланцев.

Представительский «хамелеон» резко ушел вверх, отстреливая противоракетные шашки и отводя ракеты невидимыми лучами, но основная масса ракет устремилась к «беркуту». Повторилась ситуация, знакомая Кемплу по засаде в ущелье, и вертолет, нашпигованный поражающими элементами, начал гореть и падать вниз.

— Вперед! — приказал Миха и первым побежал вниз.

Между тем залп повторился, но слабее: стартовало всего пять ракет, и «хамелеон» легко ушел от атаки.

Последние пуски ракет скорректировали движение группы Кемпла, и солдаты, взяв поправку, побежали еще быстрее. За полкилометра до предполагаемого местонахождения диверсантов Кемпл остановил стремительно несущуюся группу и приказал двигаться медленнее и без шума.

Миха направился вперед, а остальные стали расходиться во фронт, держась в прямой видимости друг друга.

Кемпл крался по лесу Оптика автомата в инфракрасном режиме показала неясное движение впереди, и вскоре он сам заметил дозорного. Тот сидел за деревом, вглядываясь в даль. Когда дозорный поворачивался в его сторону, Миха замирал, сливаясь в своем маскхалате с окружающим миром.

Когда до дозорного осталось не так много, Миха взял ветку потолще и швырнул ее далеко в сторону. Дозорный повернулся на шум падения, это и стало его роковой ошибкой: Миха подскочил к часовому и вонзил нож в горло боевику.

Слева раздалась автоматная очередь: кто-то обнаружил группу, и Миха, уже не скрываясь, скомандовал: «Вперед» — и побежал по склону вниз, в атаку.

Вскоре треск автоматов со стороны боевиков был заглушён более солидным звуком «корсара», и уже вся группа окружала боевиков. Бородачи при первых звуках боя заняли круговую оборону и отстреливались, не жалея патронов и гранат.

Боевики быстро определили, кто перед ними, и сопротивлялись еще более ожесточенно, понимая, что пощады им не будет и деваться им некуда.

— Сдавайтесь, — предложил Миха после получасового боя. — Вам все равно не уйти.

— Лучше смерть, чем попасть в руки северников!

Такое развитие событий Кемплу не понравилось, ему нужны были живые. Определив, где находится крикнувший эту фразу, и рассудив, что это главарь банды, Миха подстрелил его. Потом раздалось несколько взрывов: это солдаты бросили последние гранаты. После чего Кемпл повторил свой ультиматум еще раз в надежде, что оставшиеся боевики будут более благоразумны, и добавил: