И все равно - вновь лихорадочно трезвоня в дверь незнакомой квартиры, он чувствовал себя уже преданным, обманутым: это не тот страх. Страх оказался преодолимым, детским, игровым. Ангел ускользнул, ангел победил; ангел остался ангелом, а человек - остался загадкой.

И все равно...

Дверь открыл кто-то в джинсах и майке. На ангела дохнуло перегаром.

– Это Влад?

Крикнули из недр квартиры.

Отворивший удивленно нахмурился.

– Ты кто?

– Эй, Колян, если Влад, то Влада сюда давай!..

– Ну чего молчишь? Выпить хочешь? Праздник у нас.

Ангел нервно сглотнул и уже словно через силу прошептал.

– За мной киллер гонится... меня убить.

– Чего? А ну-ка пошли.

Ангела втянули в коридор. Захлопнули за ним дверь.

– Эй, ребя, к нам тут новый русский пожаловал. За мной, говорит, гонятся, убить хотят.

Шум за столом заметно притих.

"Куда я попал?"

Он увидел комнату. Стол. Выпивка, закуска. И - люди. Людям было весело, очень весело, они пили. Они - кто? Бандиты, да? Ангела сюда заманили, чтобы посмеяться над ним, или... взаправду убить?

– Ну чего, проходи.

– Рассказывай, братан, что, плохо, да?

– Да.

Ангел кивнул головой.

– Извините, я пойду...

– Ты давай, не тяни, у меня тут, как в церкви, в натуре, все правду говорят...

Сейчас. Да, сейчас ангел им все объяснит. Они должны его понять. Обязательно.

– Я музыкант. Я...

Я - ангел. Господи, что же я такое несу? Как им это объяснить?

– Я музыкант, на гитаре там... пою...

– Круга знаешь?

– Да.

Какого "Круга"? Была такая группа, или... они про что-то другое?

– Слышь, Толь, там где-то гитара валялась...

– Я сейчас не могу, может, потом?..

– Ну, выпей тогда. Толян, налей ему.

Как это все неестественно, ненатурально. Не по-настоящему! Почему со мной все - не по-настоящему? Потому, что я уже не понимаю иначе? Не знаю...

Но они опереточные бандиты, балаганные, - из фильма. А может, я сам балаганный? А может, я сам - не настоящий. Значит... я не могу умереть. Значит, я сейчас могу сделать с ними что угодно, а мне за это ничего не будет; значит я имею право издеваться над ними, нести полную чушь, вешать им лапшу на уши - они мне поверят, они мне посочувствуют. А я буду плевать на них, на уродов.

Или это я - урод, а они настоящие?

– Э, сядь лучше, что стоишь, в ногах... сам знаешь. Выпей.

– Я не пью.

– Не понял.

– Я никогда не пил никакого спиртного.

– А что ж ты пьешь?

– Ну, чай, молоко, соки, воду минеральную люблю...

– Юрк, там где-то минералка была, давай сюда, нальем братишке... Давай, pассказывай.

– Меня хотят убить. Киллер...

– Сядь. Юр, лей сюда, этот чистый.

Ангел сел на стул. Перед ним стоял стакан с минеральной водой. Ангел обнял пальцами стакан и закрыл глаза.

Понял, что наконец-то ужасно устал. Хотелось спать. Глупым взором скользнул по расставленным по столу бутылкам, тарелкам. Людям. Они уже не смотрели на него. Они вернулись в своему столу. Какие-то мужики, какие-то бабы...

– Ну.

Что происходит? Я не понимаю, что происходит. Я должен испытывать к ним чувство грязной ненависти, а мне - все равно. Уроды, пьяные, грязные скоты, что я им - игрушка?

– ...И вот тогда я вспомнил об одном своем старом знакомом, человеке таком странном, он ещё в десятом классе, мы с ним учились вместе, хотел где-то купить пистолет. Клептоман. Смешной такой. Я позвонил ему, сказал, что...

Что я ему тогда сказал? Что хочу нанять убийцу, который пристрелит меня?

– Сказал, что хочу из ревности убить одного человека. Это было почти правдой. Ведь сначала я хотел убить, не себя... Так вот, этот мой одноклассник свел меня с каким-то парнем, тот что-то долго про деньги расспрашивал. Потом отослал ещё к кому-то. Сейчас это уже не важно, да я и не помню.

Я продал золото. Кольца. Я концерты играл в золотом браслете, его тоже продал. Оказалось, все это дорого стоит. Так получилось. Но денег едва хватило. Или... они обманули меня? Неужели...

– Я все придумал великолепно. Конверт. Надпись: распечатать там-то, тогда-то. В конверте - письмо, там - полный мой портрет и координаты, где я буду в условленное время. Киллер не знает, кто такой я, в нужном месте он просто возьмет и застрелит меня. А потом вскроется, кто заказал убийство, нити приведут ко мне, а я убит.

Кто-то хихикнул.

Зачем я говорю им правду? Неужели я испугался их?

Я валяю дурака. Я пытаюсь казаться спокойным, серьезным, но ведь я такой и есть, правда, да? Или я подделываюсь под них. Или это они - такие, какими я их вижу. Кто они - образы и только. Знаки, символы. Их почти нет.