Вот он, господин. Не бойся я гостей потревожить, я б его как собаку избил. (Отходит в сторону.)

Откуда ты и кто? Чего ты хочешь?

Что ж ты молчишь? Скажи, кто ты такой.

(открывая лицо)

Ну если и теперь, в лицо мне глядя,

Ты снова, Тулл, меня узнать не сможешь,

Я должен буду сам себя назвать.

Скажи свое мне имя.

Оно для уха вольского не сладко,

Для твоего — враждебно.

Кто же ты?

Твой облик грозен. На твоем лице

Читается привычка к власти. Виден

Из-под твоих изодранных снастей

Корабль могучий. Кто же ты такой?

Сейчас ты помрачнеешь. Что, узнал?

Не узнаю. Ты кто?

Я тот Кай Марций, что нанес так много

Вреда и ран твоим собратьям-вольскам,

А больше всех — тебе и был за это

Кориоланом прозван. Мне дала

Моя неблагодарная отчизна

За пролитую ради Рима кровь,

За страшные опасности, за службу

Одно лишь это прозвище в награду.

Оно — порука злобы и вражды,

Которое ко мне питать ты должен.

Оно одно осталось у меня:

Все остальное пожрано народом,

Чью зависть и жестокость разнуздала

Трусливая бездеятельность знати,

Покинувшей меня и допустившей,

Чтоб рабьи голоса меня изгнали

Из Рима с улюлюканьем. И вот,

Нуждой теснимый, я вступил под кровлю

Над очагом твоим. Не обольщайся,

Что я пришел в надежде жизнь спасти:

Страшись я смерти, никого на свете

Не избегал бы так я, как тебя.

Нет, только жажда расплатиться с теми,

Кем изгнан я, меня к тебе толкнула.

Коль в сердце ты еще скрываешь гнев

И хочешь мстить как за свои обиды,

Так и за унижение отчизны —

Спеши использовать мои несчастья,

Поставь себе на службу жажду мщенья,

Которой я пылаю, ибо буду

С остервененьем злых подземных духов

Я биться против родины прогнившей.

Но если ты, устав пытать судьбу,

На это не осмелишься, то помни:

Мне так постыла жизнь, что сам подставлю

Я грудь свою твоей вражде давнишней.

Зарежь меня, иль ты глупец: ведь я

Тебя всегда преследовал свирепо,

Кровь бочками пускал твоей отчизне,

И жизнь моя, не став твоей служанкой,

Твоим позором будет.

Марций, Марций!

Ты каждым словом вырываешь с корнем

Из сердца моего былую злобу.

Заговори со мной из туч Юпитер

О тайнах неба и скрепи он клятвой

Свои слова, ему бы я поверил

Не больше, чем тебе я верю, Марций!

Позволь моим рукам обвить любовно

То тело, о которое ломался

Сто раз мой тяжкий дротик, чьи осколки

Луну, взлетая, ранили.

(Обнимает Кориолана.)

Сжимаю

Я наковальню моего меча

В объятьях и отныне состязаюсь

С тобою в благородной пылкой дружбе,

Как некогда с тобой из честолюбья

Я в доблести соперничал. Послушай,

Я девушку любил, мою невесту,

И вряд ли кто-нибудь вздыхал на свете

Так искренне, как я по ней; но даже

В тот миг, когда избранница моя

Впервые через мой порог шагнула,

Не радостней во мне плясало сердце,

Чем, о высокий дух, при нашей встрече!

Знай, Марс,11 мы втайне здесь собрали войско,

И я уж думал попытаться снова

Лишить тебя щита с рукою вместе —

Иль собственную руку потерять.

С тех пор как был я побежден тобою

В двенадцатом по счету поединке,

Не проходило ночи, чтоб не снились

Мне схватки наши: видел я во сне,

Как мы с тобой, друг другу стиснув горло,