Хорошо, что в курсах нет математического и физического аппаратов, так бы еще и физику с математикой пришлось пройти по полной программе — с головной болью. К чести далеких потомков надо сказать — объясняют, как это должно работать, а не почему.

Игорь, медленно отпивая из бутылки разведенный сок, подумал о том, что всему этому великолепию, засевшему в мозгах, уже исполнилось минимум лет семьдесят, как и всему содержимому заброшенных районов. Если за последнее время в строительстве космической техники произошли серьезные изменения, то ценность сведений может быть очень и очень условной. Однако, вероятность резкого прогресса мала, все тут в стагнации последние лет сто-двести, и народ не активный, ну а позже можно будет подобрать что-нибудь посвежее… Постепенно Игорь погрузился в здоровый сон, безо всякого насилия над серым веществом.

Вторая часть обучающего материала имела общий, так сказать, характер. Начать Игорь решил с прикладных курсов по бою и военной спецподготовке. В описаниях программ значилось, что они составлены инструкторами соответствующих подразделений, с привлечением оперативников. Такой продукции хватало и во время оно, но изучать любой вид борьбы без тренера, как правило, занятие бессмысленное и беспощадное. Становилось интересно — какова будет реакция тела и головы на изученные пособия? Не откладывая в долгий ящик, Сергеев один за другим ввел два пространных наставления — по боевой йоге, как она есть через две с половиной тысячи лет после Рождества Христова, и по подготовке современного наемника-легионера. Последнее оказалось настолько образным и ярким, что Шмель чуть ли не ощутил после пробуждения отпечаток от рифленой подошвы ботинка старослужащего на заднице — и только. Большой разницы до и после изучения боевых наставлений, на первый взгляд, не ощущалось — Игорь чуть не выбил себе три пальца, пытаясь нанести абсолютно правильный, «как по книжке», удар, который должен был пробить отверстие в пластиковой перегородке туалета. Прыгая по комнате от нешуточной боли, и легкими движениями и нажатиями пальцев здоровой руки судорожно вправляя и разминая поврежденную кисть и запястье, Сергеев вспомнил поговорку про плохого танцора и пришел к выводу о необходимости тщательных тренировок, для практического применения полученных знаний. Сначала на кошках потренироваться.

С применением же оружия дела обстояли чуть попроще. Так, подобранный на улице, на всякий случай, метровый кусок арматуры уже после получаса тренировки сидел в руках, как приклеенный, по воле Игоря представляя собой нечто вроде пропеллера. Это навело Игоря на разумную идею. Поскольку вообще никакого оружия у него не было, то имело смысл обзавестись чем-то скромным и полезным. Прихватив мешок с веселящим мхом, Сергеев отправился к Корнею в гости.

На этот раз двери корнеевского офиса призывно распахнулись сразу же — видать, мешок в руках выглядел абсолютно недвусмысленно. Корней любезно пригласил гостя к себе в кабинет, где некоторое время изучал и взвешивал содержимое пакета. Игорь, в ожидании, изучал кабинет. Стены были богато украшены трехмерными видами явно неземного происхождения, на которых везде присутствовал хозяин кабинета.

«Да, если ты побывал на других планетах — кротом тебя уже ни кто не назовет», — подумалось Игорю. Конечно, не исключено, что это всего лишь высококачественный монтаж, но спрашивать Корнея об этом как-то не с руки.

Наконец, полностью удовлетворенный проверкой дури и показав Игорю измеренный вес мха, Корней отсчитал искомые пять тысяч восемьсот рандов — из расчета десять рандов за грамм ровно — и протянул через стол Сергееву. Игорь на секунду замялся, но потом спросил:

— А не подскажешь, где можно приобрести, скажем, дубинку удобную, кастет, вообще что-нибудь не очень серьезное, не стреляющее, но удобное для ношения и применения в спорных случаях?

Корней внимательно выслушал витиеватую фразу, после чего откинулся в кресле, и назидательно произнес:

— С местными волками кастетом не обойдешься. Надо вот такую штуку иметь.

Он одним ловким движением вынул из широкого рукава своей тужурки оружие с толстым стволом и ружейной рукояткой.

Мозг Игоря автоматически отметил: «Мелкокалиберный гранатомет „Ругер 512“, полицейская модель, запрещена к продаже, ношению и применению гражданским лицам любой категории. Интересно».

С уважением обратив внимание на оружие Корнея и всем своим видом дав понять, что не собирается испытывать свою судьбу, Игорь кивнул головой в знак согласия с мнением барыги и вопросительно на него посмотрел. Корней провел Сергеева в задние комнаты, где, откинув одну из столешниц, открыл огромный ящик с наваленным в беспорядке инструментом для лихих людишек.

— Имей в виду, все это барахло, для детишек. Выбирай, чего хочешь — все в сотку.

Игорь склонился над ящиком. Выбирать долго не пришлось — взгляд сразу наткнулся на лежавшее в куче дубинок, цепей, кистеней и ножей подходящее для использования устройство. Оно упоминалось в пособиях под названием «юла», с отличными рекомендациями по поводу эффективности. Заточенный с двух сторон широкий короткий клинок крепился на тонкий гибкий поводок полутораметровой длины. Поводок представлял собой цепь сложной конструкции — выглядел как довольно жесткий стержень в скрученном состоянии, но после снятия стопора он удлинялся в полтора раза за счет разворота звеньев, становясь длинным цепом с тяжелым лезвием на конце. Комплименты по поводу юлы разбавлялись отмечаемой везде сложностью техники использования, но потенциал оружия стоил того. В комплекте с юлой шли ножны-пояс, в которых юла и лежала.

Сергеев вынул из ножен юлу, осмотрел на предмет сколов и повреждений и сказал Корнею:

— Это я беру. Вот сто рандов.

Барыга, спрятав в карман две купюры, молча понаблюдал за тем, как Игорь прицепляет на себя пояс-ножны. Настроение Корнея заметно изменилось. Он учтиво сопроводил Шмеля до выхода из офиса, произнеся вслед:

— Уважаемый, если что не так, то извини, попутал. Удачи тебе!

Похоже, выбор оружия произвел серьезное впечатление на барыгу. Игорь взял на заметку такую реакцию.

Остаток недели прошел очень быстро. Поставив целью просто слить все оставшиеся пособия и курсы самообучения в мозг, отложив их практическую разработку на потом, Сергеев провел большую часть суток во сне. Успел даже на предмет карточных игр просветиться.

Наступило время собираться в Комплекс. Игорю пришлось оставить все оборудование в комнате, хотя все картриджи он тщательно спрятал в матрасе, а ненужные выбросил — во избежание лишних подозрений тех, кто мог посетить апартаменты в его отсутствие (например, Корней произвел впечатление очень догадливого человека). С собой Сергеев взял только деньги.