К свежему сосновому аромату, которым был напоен воздух, примешивался легкий цветочный запах ее духов. Тонкие руки, которые он сжимал, дрожали и были холодными. Она нервно улыбалась.

Ему хотелось успокоить ее поцелуем, чтобы она знала, что все будет хорошо. Он будет заботиться о ней до конца своих дней.

— Берете ли вы, Раф Джонсон, Эмму Грэй в законные жены? Чтобы с этого дня в радости и горе, богатстве и бедности, в болезни и здравии отказаться от всех других, пока оба вы живы?

— Да, беру…

Раф вздохнул и резко выпустил ее руку, словно обжегшись. Он посмотрел ей в глаза.

— Мы были женаты.

Эмма отшатнулась, потирая кисть.

— Газетная новость. Не такая уж горячая, но кто будет придираться?

Раф почувствовал, что летит в темную бездонную пропасть. Женат? Шесть лет? И не знал этого? Как такое может быть?

Его начала охватывать паника.

— Готов снова сбежать? Прекрасно! Вот дверь! Рафу хотелось броситься в свою машину и к черту уехать отсюда…

Весь прошлый год он прятался от жизни, почти не выходил из дома, боясь встретить кого-то или что-то. Но теперь он нашел то, что искал, и теперь ему бежать нельзя.

— Прошу прощения. То, что мы были женаты, может быть, не новость для вас, но для меня это новость.

— Ну да, правильно. Ты ведь страдаешь потерей памяти, не так ли?

Раф не отреагировал на ее сарказм.

— Мы были женаты? Как это произошло?

— Мы отправились к мировому судье в Миссисипи и оба сказали «да».

— Я не так сказал.

Она возмущенно посмотрела на него.

— Не так? Что ты…

— Я сказал: «Да, беру». Глаза у нее округлились.

— Я забыла… — Она обхватила себя руками. — Но это ничего не меняет.

— Вот видите, и вы забыли. Почему же мне нельзя?

— Забыть мелкие детали — это совсем не потеря памяти.

Он всплеснул руками.

— Так вы считаете, что я вас бросил?

— А что еще я могу считать?

— Например, что я говорю правду о потере памяти.

Она вздернула подбородок.

Раф пристально смотрел на красивую молодую женщину, стоящую рядом. Шесть лет назад он женился на ней. Как он мог забыть? Почему…

От неожиданной догадки у него перехватило дыхание.

— Так вот почему ваша мама назвала вас…

— Тшш! — бросилась к нему Эмма и прикрыла ему рот ладонью.

Раф почувствовал прохладную руку у себя на лице и увидел широко раскрытые испуганные глаза, устремленные на него. Но в памяти больше ничего не всплывало. Неужели волшебство кончилось? Или чувства, охватившие их обоих, были сильнее памяти?

Или, может быть, волшебство совсем иного рода питало его мозг? То, которое возникает, когда…

— Нам нельзя говорить об этом здесь, — прошептала Эмма, — мой сын стоит прямо за этой дверью.

Раф тряхнул головой, и Эмма опустила руку.

— Тогда выберите место, где мы могли бы спокойно поговорить. Я не уйду, пока не получу некоторые ответы.

На мгновение ему показалось, что она откажется, и он распрямил плечи, готовясь проявить настойчивость. Но Эмма неожиданно кинулась к двери.

— Тогда пошли. Надо покончить с этим, и ты наконец уйдешь. — В коридоре она остановилась. — Хочешь пойти наверх или на улицу? Жарко и там и там. Мы не пользуемся кондиционером на втором этаже.

— Я знаю. Сильвия и Габи показывали мне дом. Габи не услышит нас, если мы поднимемся наверх?

Эмма удивленно подняла светлые брови.

— Все зависит от того, как громко ты будешь кричать.

— Как получится. — Раф пропустил ее вперед. — По крайней мере, там нет москитов.

Эмма побежала вверх по лестнице. Поставив ногу на первую ступеньку, Раф поднял глаза — и задохнулся. Упругие ягодицы четко вырисовывались под ее прямой, доходящей до колен юбкой. Мысленно выругавшись, Раф отвел взгляд. Давно его не посещали такие мысли.

Он сделал глубокий вдох и начал медленно подниматься, прихрамывая на больную ногу.

Эмма ждала его в верхнем холле. Бросив на него взгляд, она проговорила:

— Надо было пойти на переднее крыльцо. Тебе было бы легче.

Что это — забота? О нем? Во всяком случае, она заметила, как тяжело он дышал, поднимаясь по лестнице.

Раф пожал плечами.

— Доктора говорят, мне надо чаще подниматься по лестницам. Это помогает растягивать сухожилия, которые им пришлось укоротить во время одной из многочисленных операций.