Рик вытащил диск и отключил компьютер.

— Вот так вот, жизнь продолжается.

— Я знаю. Вопрос в том… как ты…

— Кто ты такой, чтобы… — Рик стоял, согнувшись над столом.

— Хорошо. Ладно. — Честер, защищаясь, поднял руки. — Ухожу. Понимаю: я не нужен. Работай хоть всю ночь. Увидимся завтра.

Рик неподвижно стоял, пока не услышал звук закрывающейся входной двери. Тогда он сел и уронил голову на руки.

Может, включить компьютер и продолжить работу? Нет.

Надо идти домой. В то место, которое называется домом, в то место, где комнаты и мебель, где он ест и спит. А призраки живут только в его сердце. Он взял портфель, куртку и направился к двери.

Итак, он опять один? Но множество людей одиноки. И многие сами предпочли такую жизнь.

А если он не хочет одиночества, то ему нужно не сидеть одному, а быть среди людей. Он может опять влюбиться. Кейт, по крайней мере, научила его этому. Стейси уже не была единственной любовью в его жизни.

Он влюбился в Кейт, а она его не хочет. Прекрасно. Он может влюбиться и еще.

Думая теперь так, совершенно по-новому, Рик закрыл дверь фирмы и пошел к своему джипу. Кажется, Честер говорил, что «Лисья пора» — неплохое место, где можно познакомиться с женщиной.

Когда Рик подошел к джипу, он уже знал, что туда не поедет. Не только потому, что не любил ходить в бары, но и потому, что, когда подумал о женщинах, которых может там встретить, он понял, что они ему неинтересны. Ни одна из них не будет такой, как Кейт. Ни одна из них не может с ней сравниться.

Он одинок. Но он одинок без единственной женщины — Кейт.

Рик закрыл глаза и представил, как она поднимает к нему свое лицо, чтобы поцеловать его, как было в тот вечер, накануне их отъезда.

Сейчас он жалел, что не поцеловал ее в тот раз, пусть даже при Джое. Он жалел, что не сказал ей, что любит ее и хочет, чтобы она навсегда осталась с ним.

Почему он не признался ей в любви? Он никогда не отличался робостью. Он никогда не останавливался, когда хотел чего-то достичь. Так он создал «Дэйта энтерпрайзиз». Так он завоевал сердце Стейси в девятом классе. Так он…

Нет. Все не так.

Он был таким, пока не умерла Стейси, но последние несколько лет он стал робким. Вместо того чтобы, как Кейт, добиваться того, чего хочет, он повернулся спиной к жизни, старался не быть самим собой.

Внезапно все, что Кейт рассказывала ему о своем детстве, об отце Джоя и о своей работе, вспыхнуло у него в голове. Она же жаждет не карьеры, она хочет иметь возможность свободно управлять своей жизнью.

Ребенком она была либо под присмотром матери, бесхребетной и ленивой особы, либо находилась у приемных родителей. И только когда она стала работать и зарабатывать, чтобы прокормить себя и Джоя, она стала сама себе хозяйкой.

Тут в ее жизнь вломился Рик, и она опять потеряла независимость. Он настаивал на том, что все будет делать за нее сам, принимал за нее решения. А последней каплей стало то, что он предложил ей работу, которая явилась бы всего лишь видоизмененной формой управления ею. Черт! Как он мог оказаться таким глупцом? Ничего удивительного, что она ушла.

Если она вернется, опять вернется в его жизнь, она сможет делать все, что захочет. Может опять пойти на работу, остаться дома, продолжить учебу, чтобы получить степень и сделать серьезную карьеру. Они могут нанять няню, которая будет сидеть с их детьми.

Он принял решение, забрался в джип и посмотрел на часы. Одиннадцатый час.

Черт! Он не сможет найти Кейт сейчас. У него даже нет представления, с чего начинать. Нужно позвонить матери, и она…

У-ух! Он уже два дня не звонил матери. Она, верно, сходит с ума. Но она ложится спать в половине десятого. Придется подождать до утра. Черт!

Кейт остановилась около двери в гостиную Элис, когда услышала, как Джой уже в сотый раз за два последних дня задает один и тот же вопрос:

— А Рик звонил?

Слава Богу, Элис терпеливо объяснялась с Джоем. Кейт усилием воли сдержала себя и не сказала сыну, чтобы он не ждал звонка, потому что Рик не будет звонить тому, в ком он не нуждается. Правда, не нужна Рику только она.

Стараясь отвлечься от своих мыслей, ранивших ее сердце, будто в него воткнули нож, она сосредоточилась на том, о чем разговаривают Элис с Джоем.

— Ты знаешь, кто такой страус? — спрашивала Элис.

— Ты имеешь в виду большую птицу с длинными ногами и длинной шеей?