Жрецы бон поощряли самосовершенствование, награждали единоверцев за добрые дела, призывали к борьбе за правду и справедливость. Того, кто уклонялся от военных походов, считали отступником. К таковым относились люди, не желавшие работать на собственное благо, то есть пахать, сеять, собирать урожай, создавать большие семьи, приумножая родовое добро. Общение в черной вере осуществлялось путем мистерий, в ходе которых происходили гадания, заклинания, вызов болезней или непогоды. Главные церемонии бон ежегодно проходили на царском кладбище. Вожди и сановники собирались у жертвенника, на специально отведенном участке, под сенью деревьев.

Пока светский люд произносил клятву, служители ломали ноги жертвенным животным – баранам, собакам, обезьянам, потрошили их живьем, а потом разрубали на куски. Затем верховный жрец обращался к богам со словами «Да истребят духи, подобно этим скотам тех, кто изменится в мыслях, проявит непостоянство или замыслит зло». Видимо, кровавый ритуал действовал слабо, если в дополнение к нему раз в три года совершалась еще и великая клятва. Встав перед жертвенником, куда ночью складывались разные яства, жрец проговаривал следующую фразу: «Единодушно и всеми силами охраняйте мой дом. Духи неба и земли ведают вашими помыслами. Изменивший клятве будет изрублен, как эти животные». Устрашающим моментом церемонии служили груды убитых лошадей, коров, бесчисленного множества ослов.

Жуткие формы мистерий подавляли разум людей, веривших, что мир населен злыми духами и спасением от них может быть только вмешательство колдунов. Значительная часть населения Тибета до сих пор почитает грозного духа Лепчу, считая его сильнее доброго Будды.

В старину злое божество принимало любые жертвы, не гнушаясь и человеческими. Позже на основе этих ритуалов сложились некоторые обряды в Юго-Западном Китае и лесных районах Сибири, но в Тибете бон являлся не просто культом, а полноценной религией, воинствующей и долгое время затмевавшей другие верования своей строгой иерархией, организованным церемониалом и стремлением вмешиваться в государственные дела.

«Будда Сиддхартха Гаутама». Миниатюрная статуя, бронза

В отличие от бон буддизм никогда не знал единой церковной организации. Древнейшая мировая религия обязана своим появлением на свет мудрецу Шакьямуни, бродившему по городам долины Ганга в V веке до н. э. Основатель одной из трех мировых религий в юности носил имя Сиддхартха Гаутама, жил в предгорьях Гималаев, на юге современного Непала и, по легенде, происходил из царского рода шакьев. Накануне 30-летия царевич неожиданно отказался от титула, покинул семью и ушел в пещеры, взяв себе имя Шакьямуни. Всего за 6 лет обучения «отшельник из шакьев» сумел превзойти учителей и по знаниям, и по способностям. Итогом его самостоятельных исканий стало просветление, после которого он преобразился в существо, достигшее состояния высшего совершенства – Будду. Понятие, обозначаемое на санскрите и пали словом «Buddha», а на тибетском языке – «Sangs rgyas», в буддизме понимается как «проснувшийся, прозревший, просветленный, познавший запредельный свет». Согласно южно-палийской традиции земная жизнь Будды завершилась нирваной в 544 году до н. э., от этого момента ведется буддийское летосчисление.

Внушив поклонникам идею хранения в душе трех драгоценностей – Будды, дхармы и сангхи, Шакьямуни стал первым человеком, поднявшимся на духовные вершины естественным образом, то есть через разум и сердце. Остальные достигают высшей цели, разорвав цепь многих перерождений – сансару. В исконном буддизме многократная смена образов открывает путь к просветлению (бодхи) и успокоению (нирвана). Именно эти состояния знаменуют освобождение (мокша) с последующим достижением того, что не доступно ни богам, ни святым, ни тем более представителям других верований. Дхарму, или закон, определяющий все происходящее в мире, открыл Шакьямуни. Его высказывания в течение нескольких столетий передавались устно в виде сутр, а в конце прошлой эры были записаны на языке, близком санскриту.

Буддизм появился как движение бедняков, отверженных с рождения, страдавших от неудовлетворенных страстей, не сумевших найти место в обществе. Лишь для таких людей казалось достойным существование в буддийских общинах (сангхах), где отказывались от работы и стремились в пустоту, обозначенную красивым словом «нирвана». Буддийские монахи разделяли мир на две неравные части, безусловно относя себя к самой значительной. Сангхой назывался союз бритоголовых монахов – нищих, но равноправных и свободных, носителей закона, хранителей знаний и мастерства, следовавших путем Будды.

Буддийское монашество не требует особых человеческих качеств, но дает возможность обрести их путем совершенствования ума и психики.

Согласно идеям Будды в мире не существует вечных ценностей, нет бессмертия, нетленных душ, и вообще отсутствует какое-либо постоянство. Жизнь рассматривается как беспрерывное чередование рождений и смертей, развития и разрушения, пребывания в невоплощенном состоянии и нового воплощения. Все происходящее в мире не имеет начала, и все процессы обратимы. За каждым живым существом тянется тяжелая цепь кармы, как результат его деяний в бесчисленных перерождениях, в которых он мог предстать не только человеком, но и богом, созданием ада или животным. Однако человеческий облик наиболее благоприятен для совершенствования и достижения нирваны.

«Будда Шакьямуни». Миниатюрная статуя, бронза

Члены буддийских общин относили к добру ничегонеделание и пропаганду своего учения. В конечном счете оно приводило к желанному безделью, а затем полному исчезновению из жизни и мира вообще. Для буддиста земное бытие считалось мучением, которого нужно избегать. Окружающий мир представлялся иллюзией, безделье – лучшим занятием способного человека, стремившегося к добру путем непротивления злу. Обязательным условием спасения являлось прекращение процесса восстановления жизни, то есть безбрачие.