– Значит, и нынче ночью?..

– Да.

– Вы были чем-нибудь взволнованы?

– Думаете - вашим визитом?
– отпарировала она.

– Может быть - анонимными письмами... Ведь могли же они создать напряженную атмосферу...

– Я и без анонимных писем уже много лет плохо сплю... В общем, вчера мне пришлось принять барбитурат. Рецепт выписал доктор Помруа. Показать вам коробочку с таблетками?

– Зачем мне они?

– Почем я знаю? Судя по вашим вчерашним вопросам, я могу ожидать чего угодно... Так вот, несмотря на снотворное, я еще долго мучилась... А когда проснулась - изумилась, что уже половина двенадцатого.

– По-моему, вы нередко встаете поздно?

– Так поздно - нет... Я позвонила Лизе. Она принесла на подносе чай и сухарики. А когда она раздвинула шторы, я заметила, что у нее красные глаза, и спросила, почему она плакала... Она разрыдалась и сказала, что у нас стряслась беда... Я сразу подумала о муже...

– Что случилось что-то с ним?

– По-вашему, он здоровый человек? Вы лаже не подозреваете, что сердце у него может сдать в любой момент... как и все, остальное...

Комиссар не уточнил, что значит "остальное", оставив этот вопрос на будущее.

– И в конце концов Лиза сообщила, что убили мадемуазель Ваг и что в доме полно полиции.

– Как вы реагировали на это?

– Я была так потрясена, что принялась За чай... Потом бросилась в кабинет к мужу... Что с ним теперь сделают? Он притворился, что не понял:

– С кем?

– С мужем, разумеется! Ведь вы же не засадите его в тюрьму... С таким здоровьем он...

– С чего бы мне отправлять его в тюрьму? Прежде всего это не в моей власти, а зависит от следователя. Кроме того, в настоящий момент у меня просто нет никаких причин для его ареста...

– А кого же вы тогда подозреваете?

Не отвечая, он принялся медленно расхаживать по голубому с желтыми листьями ковру, а мадам Парандон уселась, как и вчера, на кушетку.

– Зачем бы понадобилось вашему мужу убивать свою секретаршу? спросил он, отчеканивая каждый слог.

– А разве для этого нужны причины?

– Обычно без причин не убивают.

– А вы не думаете, что некоторые люди могут просто выдумать причину?

– Ну, какую же в данном случае?

– Например, если она была беременна...

– А у вас есть какие-нибудь основания для такого предположения?

– Никаких.

– Ваш муж - католик?

– Нет.

– Но если допустить, что она была беременна, то разве не могло быть так, что это обрадовало бы мосье Парандона?

– Это только осложнило бы его жизнь...

– Не забывайте, что теперь уже не то время, когда на незамужних матерей показывали пальцами... Годы-то идут, мадам Парандон... Многие теперь уже не стесняются обращаться к гинекологу...

– Я сказала об этом только для примера...

– Поищите другую причину.

– Она могла и шантажировать его.

– Чем? Разве ваш муж обделывает темные делишки? Или вы считаете его способным на махинации, позорящие честь адвоката?

Пришлось ей сдаться:

– Конечно, нет.

Она произнесла это сквозь зубы, потом закурила сигарету.

– Такие девицы в конечном счете стараются женить на себе...

– Ваш супруг заговаривал с вами о разводе?

– До сих пор нет.

– А что бы вы сделали в этом случае?

– Мне пришлось бы покориться и больше не заботиться о муже.

– У вас, кажется, большое личное состояние?

– Гораздо больше, чем у него. Мы живем у меня - этот дом принадлежит мне.

– Следовательно, для шантажа нет никакого повода.

– Может быть, он устал притворяться, что любит?

– Зачем же ему "притворяться"?

– Возраст... Прошлое... Образ жизни... Все это...

– А вы любите искренне?

– Я подарила ему двух детей.

– Подарили? Что же, к свадьбе преподнесли?

– Это - оскорбление?

– И в мыслях не имел, сударыня. Но, видите ли, обычно детей делают вдвоем. Вот, так бы и сказали - у нас с мужем двое детей.

– А к чему весь этот разговор?

– К тому, чтобы вы мне сказали просто и честно: что вы делали сегодня утром?

– Я уже сказала.

– Но не просто и не честно. Вы долго описывали бессонницу, чтобы умолчать об утре.

– Утром я спала.

– Желательно, чтобы это подтвердилось. Возможно, что очень скоро я получу все доказательства. Мои инспектора проверили, кто где находился и кто куда ходил в промежутке с четверти десятого до десяти часов... Мне известно, что в кабинеты можно попасть разными ходами.