— Ты мне солгал.

— А ты — мне. Помнишь? Сказал, будто не виделся с отцом девять лет. Зачем? С какой целью? Почему не упомянул о деньгах?

— Задай тот же вопрос себе самому.

— Но я сомневался. Я плохо представлял ситуацию в целом. Трудно оставаться спокойным, когда находишь сначала мертвого отца, десять минут спустя — три миллиона долларов, а потом понимаешь, что сам стал объектом охоты. Повседневная реальность не готовит нас ни к чему подобному. Прости, если мне не хватило опыта.

Воцарилось молчание. Глядя в потолок, Форрест беззвучно барабанил пальцами по столу. Рэй сказал все, что намеревался, даже больше, Эллисон нетерпеливо дергала ручку двери.

Форрест медленно опустил голову, перевел взгляд на Рэя.

— По делу о поджогах есть новые подозреваемые?

— Нет. От меня правды не узнает никто.

Еще одна долгая пауза. Наконец Форрест поднялся.

— Дай мне ровно год. Выберусь отсюда — поговорим.

Эллисон распахнула дверь, и он обошел стол, коснувшись плеча Рэя правой рукой. Не похлопав, не ткнув, но — коснувшись.

— Ровно год, брат.

Дверь за ним закрылась.