Когда кормление закончилось, мисс Абигейл принесла бритвенные принадлежности и мысленно подготовила себя к бритью незнакомца, хотя вовсе не была уверена, что сделает все должным образом. Она положила под его челюсть толстые полотенца, намылила ее и начала работать бритвой, непрестанно размышляя об этих усах.

Должна или не должна?

Усы выглядели вне всякого сомнения грязно и зловеще. И, возможно, если бы Дэвид Мелчер не заметил, насколько типично для преступников носить усы, и, возможно, если бы они не были столь пугающе мягкими, и, возможно, если бы сердце мисс Абигейл не предавало ее, когда она до них дотрагивалась, тогда бы она и не сбрила бы их.

Но в конце концов она сбрила.

Когда дело было наполовину сделано, мисс Абигейл почувствовала угрызения совести. Но было уже поздно. Завершив работу, она отступила назад, чтобы оценить лицо без усов и нашла, к своему огорчению, что полностью испортила его! Усы были неотъемлемой частью этого лица, так же как и густые черные брови и смуглая кожа. А вдруг, проснувшись, незнакомец подумает так же? Эта мысль вряд ли могла принести успокоение для мисс Абигейл, а следующая задача, стоявшая перед ней – тем более. Настало время купания.

Мисс Абигейл приступила к этому по частям. Вначале намылила его руку, потом ополоснула и насухо вытерла. Открывавшаяся взгляду подмышка была покрыта густыми, твердыми черными волосами, что лишило мисс Абигейл присутствия духа. Поэтому она занялась плечом и попыталась не смотреть на подмышку. К другой руке было не подобраться, так как кровать стояла в углу. Мисс Абигейл решила выдвинуть кровать, но груз оказался слишком тяжел, и кровать даже не шелохнулась. Закончила мисс Абигейл тем, что снова взобралась на нее.

Верхняя часть тела была помыта...

Мисс Абигейл сглотнула, но потом вспомнила, что пациент в конце концов находился в бессознательном состоянии.

Подсунув клеенку под его правую ногу, она тщательно ее вымыла, не касаясь поврежденного бедра. Длинная ступня с пальцами, покрытыми на фалангах темными волосами, вызвала у мисс Абигейл странную веселость. Теперь она допускала, что доктор Догерти, возможно, сказал правду: уход за незнакомцем смущал ее неизмеримо больше, чем за своим отцом. Простыня все еще покрывала самую интимную часть его тела. Мисс Абигейл умудрилась не потревожить ее, пока мыла и вторую ногу. Ту часть она мыть не стала.

Она видела ее один раз мельком и не могла забыть эту картину.

В течение дня глаза мужчины под закрытыми веками двигались все чаще и чаще. Порой его мышцы напрягались, и он ворочался, поэтому мисс Абигейл оставила его привязанным к кровати.

Пока мисс Абигейл наводила порядок в комнате Дэвида тем утром, она узнала отнего, что он был продавцом обуви из Филадельфии. Потом он удивил ее, заявив:

– Когда я вернусь домой, я вышлю вам пару наших лучших туфель.

Она поднесла маленькую руку к высокому воротничку блузки и изящным жестом приложила пальцы к шее, словно пытаясь скрыть от чужих глаз, как в ее вене бьется пульс.

– О, мистер Мелчер... боюсь, этого вовсе не следует делать.

– Не следует? Почему? Мисс Абигейл опустила глаза.

– Леди просто не могут принимать подобные подарки от джентльменов, если только он не...

– Если только он что, мисс Абигейл? – мягко спросил он.

Мисс Абигейл почувствовала, как заливается краской и уставилась в подол.

– Ну как же, мистер Мелчер. Это просто неприлично. – Она подняла глаза и обнаружила, что карие глаза Мелчера разглядывают ее. – Но я все равно благодарю вас, – добавила она грустно.

Она подумала, что предмет исчерпан, но в полдень мистер Мелчер объявил, что чувствует себя достаточно хорошо, чтобы спуститься вниз и пообедать вместе с ней, и при этом извинился, что не имеет обуви.

– Думаю, что смогу где-нибудь здесь найти пару папиных тапочек. – Она принесла их и присела на колено перед Дэвидом. Внутри его пронеслась буря чувств. Она была такой благовоспитанной, так мягко и изысканно выражалась, а каждая услуга с ее стороны заставляла Дэвида Мелчера все больше и больше ее уважать. Он встал, пошатываясь, поскакал на одной ноге. Мисс Абигейл быстро обвила рукой его талию, а он оперся на ее плечо.

– Пол скользкий, поэтому держитесь за перила, – предупредила она.

Они начали спуск, по одной ступеньке за раз. Мелчер склонялся к мисс Абигейл, и его лицо оказывалось рядом с ее виском. От нее снова пахло розами.

Ее свободная рука лежала на рубашке на груди Дэвида, ощущая, как напрягаются его мускулы каждый раз, как он перехватывает перила.

– Какой цвет вы предпочитаете, мисс Абигейл? – спросил он между двумя прыжками.

– Цвет?

Они остановились, и мисс Абигейл посмотрела ему в лицо, находившееся всего в дюйме от ее собственного.