Обычно я стараюсь засекать время, в течение которого Вульф упражняется с губами, поскольку больше мне при этом все равно заниматься нечем. Так вот, на сей раз прошло три минуты и десять секунд. Потом Вульф раскрыл глаза, выпрямился и спросил:

– Они придут в девять?

Я сказал, что да.

– Какой-нибудь адрес у этого Вэнса есть? Например, контора?

Я достал телефонный справочник Манхэттена и отыскал нужную страницу.

– Вот, пожалуйста. Лексингтон-авеню, четыреста девяносто. Не лучшее место. Мэдисон-авеню куда приличнее.

– Скажи, чтобы они порылись в его прошлом, особенно выяснив, чем он занимался в сорок четвертом году. Только так, чтобы не вспугнуть его. С Солом и Фредом трудностей не будет, а вот Орри втолкуй это как следует.

– Хорошо.

Свою рюмку я опустошил еще тогда, когда Вульф сосредоточенно думал, поэтому сейчас встал и налил себе еще. Возможно, это позволит мне уснуть на несколько секунд быстрее.

Нет, не муха. Мухи так не жужжат. И не москит. Слишком громко. Что за чертовщина! Господи, это же телефон! Я открыл один глаз, протянул руку, взял трубку и пробасил:

– Ну?

Ответил голос Фрица:

– Доброе утро, Арчи. Он требует тебя.

Я воззрился на будильник, убедился, что уже и в самом деле двадцать пять минут девятого, и свесил ноги с кровати. Забыл ли я завести будильник или он забыл разбудить меня – выяснить придется позже. Я собрал волю в кулак, встал, определил, где находится дверь, и шагнул к ней.

Дверь комнаты Вульфа, расположенной как раз над кухней в задней части дома, благодаря чему Вульф мог зимой нежиться в постели, обогреваемый солнечными лучами, стояла нараспашку. Когда я вошел, бесшумно ступая босыми ногами, Вульф сидел за столом, читая вставленную в подставку «Таймс» и одновременно намазывая тост черничным джемом. Я предупредительно кашлянул, но Вульф, прежде чем повернуть голову в мою сторону, отправил тост в свою пасть.

– «Распалась связь времен», – провозгласил я.

Вульф нахмурился.

– Я никогда не говорю цитатами, даже если это Шекспир, и прошу тебя этого не делать.

– А вот мисс Роуэн порой цитирует, и это выражение – одно из ее любимых. Кстати, я уже пожалел о том, что мы перевели весной время на час вперед. В отличие от вас.

Вульф был уже одет в безукоризненно выглаженную канареечную рубашку в узкую коричневую полоску, с коричневым галстуком, и в коричневый же костюм. Наверху в оранжерее он сбросит пиджак и облачится в рабочий халат.

– Уже почти девять часов, – промычал Вульф, пережевывая яйцо.

– По сэкономленному времени – да, сэр, а по арчигудвинскому еще только восемь. Но вы не волнуйтесь – я проинструктирую их во время завтрака.

– Только Сола. Фреда и Орри не посвящай. Скажи, чтобы были на подхвате. Вы сами с Солом решите, как лучше подойти к этому делу. Мы не имеем права тратить свое время и деньги клиента на то, чтобы найти козла отпущения для мистера Кремера.

Вульф для убедительности решительно макнул тост в яичный соус.

– Я уже просыпаюсь, – возвестил я. – Или же меня посещают умные мысли во сне. Ночью я сказал, что непонятно, как он пронюхал о том, что мы занимаемся этим делом, но если он и впрямь пропавший отец, то это очень важно. Если он и есть отец, то должна быть какая-то связь между ним и Сайрусом Джарретом. В противном случае – зачем бы Джаррету отправлять эти чеки? Если же Джаррет успел предупредить его о том, что мы с вами сели ему на хвост, то мы рискуем лишиться клиента. Вряд ли вам улыбается потерять мисс Деново, как мы в свое время потеряли Саймона Джекобса [4] , а уж мне-то точно не улыбается. Предлагаю на время спрятать ее.

Вульф скорчил гримасу.

– А Фриц?

Поразительный лицемер! Когда из соображений безопасности нам приходилось укрывать особ женского пола в Южной комнате, которая находится как раз над спальней Вульфа, Фриц и в самом деле не мог скрыть своего неудовольствия по этому поводу, но Вульф-то даже не пытался скрыть своего собственного неудовольствия… А теперь валит все на Фрица.

– Я отдаю себе отчет в том, – произнес я, – что если по нашему дому опять будет разгуливать женщина, то Фриц уйдет, а следом за ним и вы, поэтому я имел в виду совсем другое дело. Эми Деново большую часть дня проводит у Лили Роуэн и может вполне ночевать у нее до тех пор, пока мы не изобличим Вэнса или не убедимся в его невиновности. У мисс Роуэн пустуют две спальни. У вас есть другие предложения?

Вульф ответил, что нет, и я поднялся к себе, чтобы успеть сделать за десять минут то, что обычно занимает у меня полчаса. К тому времени, как я спустился на кухню, заскочив по дороге в кабинет и сообщив Фреду и Орри, что мы с Солом пойдем по следу, а они понадобятся нам позже, туман в моей голове уже рассеялся.

Принято считать, что хороший сыщик должен легко вникать в суть происходящего и понимать человеческую психологию с полуслова, но я уже давно понял, что познать мышления Фрица мне не дано, и даже не пытался этого делать; поэтому я даже не стал ломать голову над тем, как Фриц догадался, что Фред и Орри уйдут, а Сол останется. Во всяком случае, мой маленький столик на кухне был накрыт на двоих. За завтраком я рассказал Солу про Флойда Вэнса. Покончив с едой, мы выпили по чашечке кофе, после чего отправились продолжать разговор в кабинет, прихватив с собой кофейник. Сол согласился, что для пользы дела ему не помешало бы самому посмотреть на Флойда Вэнса, и я позвонил Натаниэлю Паркеру, нашему адвокату.