Она обдумывала сказанное минуту-другую, и я понял, что это ей не нравится. Я не мог упрекать ее. Даже для меня здесь было слишком много безумных предположений.

— Эти системы, которым нужно механическое управление, — как они должны выглядеть? — раздраженно спросила она.

Я пожал плечами.

— Уж у них-то, — предположила она, — вообще нет никаких выключателей.

— Вероятно, — кротко ответил я. — Если только Тульяр — не их собственные руки. Может быть, в руках у него больше ума, чем у тех, кто вырубил свет. С другой стороны…

Тут я замолк, размышляя, насколько полезно было продолжать эти догадки.

— Продолжай, — велела она замученным голосом. Ей, должно быть, пришла в голову та же мысль, но она не собиралась прерывать меня на полуслове.

— С другой стороны, — подчинился я приказу, — захватчики с равным успехом могли выключить свет, а Тульяр опять его включит.

Она пристально смотрела мне в лицо. Мы снова стояли на открытом месте, почти рядом с моей дверью. И если я не приглашу ее войти, наша игра в вопросы и ответы закончена. У нее оставался последний ход.

— Итак, все сводится к тому, что ты даже не знаешь, на чьей мы стороне. Мы не знаем, кто эти захватчики, каковы их цели, не знаем ничего о создателях. И не знаем наверняка, кто из них — друзья, а кто — враги.

— Примерно так, — согласился я. — Мы пойдем за Тульяром с открытым сердцем и умом. Сложность заключается только в том, что свой ум я приоткрыл шире, чем следовало. Не знаю, что происходит на всей этой чертовой войне, но мне больше не резон уклоняться от призыва.

Тут она решила оставить меня — и оставила — стоящим на собственном пороге, а сама пошла к своему маленькому пристанищу. Вероятно, собираясь последовать моему совету и отдохнуть. Но моим планам о кратком отдыхе не суждено было сбыться. Нисрин-673 ждал моего возвращения, и я едва не захлопнул дверь у него перед носом.

— Мистер Руссо, — произнес он в присущей ему чопорно-вежливой манере, не допускавшей отказа, — могу ли я поговорить с вами?

— Конечно, — отозвался я слабым голосом, — что случилось?

Я не приглашал его войти, потому что у меня было ощущение, что в противном случае от него будет нелегко избавиться. Я рассчитывал, что, пока мы стоим снаружи, он не будет слишком затягивать разговор.

Он, видимо, понял мой намек и перешел прямо к делу.

— Я получил приказ от Тульяра-994, - сообщил он. — Его передали после того, как Тульяр покинул уровень.

— Что предписывает приказ? — поинтересовался я.

— Я должен удержать вас здесь и попытаться помешать истоми.

Я поднял брови.

— Поскольку вы об этом говорите, я делаю вывод, что вы не намерены выполнять приказ.

— Истоми рассказали мне, что в Тульяра-994 вселилась некая чужая сущность. Они заявили, что вы можете подтвердить это.

Я осторожно заметил:

— Думаю, что это правда.

— В таком случае, — ответил он, — я хотел бы сопровождать вас, когда вы отправитесь в погоню.

Ну и ну. Риск и страсть к приключениям никогда не были свойственны тетраксам, да и Девятка наверняка говорила ему, что безопаснее всего оставаться под из защитой.

— Почему? — только и спросил я.

— Это вопрос долга и чести, — был ответ.

— Я склонен думать, что ваш долг — оставаться здесь и заботиться об оставшихся в вашем распоряжении людях.

Его маленькие темные глаза блеснули в сумраке, а маленькое лицо умной обезьяны на мгновение приобрело потерянное выражение.

— Я не могу «заботиться» в вашем понимании, мистер Руссо. При других обстоятельствах, согласен, мой долг — оставаться на этом уровне и узнать у истоми все возможное, что могло бы принести пользу моему народу. Но теперь, обдумав положение вещей, я считаю, что нужно действовать по-другому.

— Итак, вы хотите отправиться со мной к Центру?

— Если ситуация не изменится, мистер Руссо, я никогда не возобновлю контакта с моими людьми. Мы находимся в глубине макромира, окруженные врагами. Единственная надежда на наше спасение — если вы, бесстрашная полковник Лир и ваш друг-великан сумеете устранить нехватку энергии. Тульяр-994, или та враждебная сущность, что сейчас использует его мозг, может попытаться остановить вас. Для меня остаться здесь, в то время как вы берете на себя такую миссию, равносильно позору. Я должен идти с вами.

— Нисрин-673, - с сомнением начал я, — вы ученый, а не военный человек.

— А вы — военный человек, мистер Руссо? Порою приходится оказываться лицом к лицу с нелицеприятной правдой.

— Сейчас — да, доктор Нисрин.

— В таких вопросах у нас не всегда есть выбор, — продолжал он с мрачной решимостью, — не так ли, мистер Руссо?

Пожалуй, он был прав.

— Хорошо, — ответил я. — Считайте себя в нашей команде. Но помните, что игра, вероятно, будет вестись по варварским законам. Вы не будете иметь никакого преимущества только из-за того, что вы — тетронец.