— Как вы относитесь к писателю Крымову? — ради любопытства поинтересовался у птички.

Жанна Сергеевна, склонив головку набок, задумалась. А потом сказала, что «Игрушку» читала еще в школе и не понравилось, а «Преданную Россию» видела на днях в книжном, но не купила.

— И правильно, — согласился я. — О том, что при царе-батюшке люди жили чуток получше, чем при большевиках, и так все знают. За это пять штук жалко отдавать, лучше купить шоколадку. Верно?

— Не люблю шоколад, — наморщила клювик птичка. — И косметику не люблю, и всякие дурацкие заколки для волос.

— А когда первый раз ко мне пришли, глаза-то накрасили, — на всякий случай уточнил я. — Назло врагам, что ли?

— Для солидности, — вздохнула птичка. — И так иногда за девчонку принимают. Особенно в магазинах.

— Разве женщине это неприятно? — удивился я. — Я-то думал…

— Надоедает, — печально сообщила мне птичка. — Тебе все время словно бы напоминают, что маленькая собачка и до старости щенок.

Я сочувственно кивнул.

— Тем не менее, — проговорил я, — нет ли у вас двух шпилек?

Птичка порылась в каком-то своем ящике и извлекла мне две шпильки.

— Что-нибудь еще? — с интересом спросила она. — Ты ведь сейф будешь… — Тут Жанна Сергеевна запнулась. Слово взламывать ей употреблять почему-то не хотелось.

— Смелее, Жанна Сергеевна, — приободрил я воробышка. — Не стесняйтесь, скажите взламывать. Или вскрывать. А хотите — потрошить. Добро должно быть с кулаками, а справедливость — со взломом. Вы ведь для этого меня наняли?

— Для этого, — грустно подтвердила птичка. — Тебе нужна взрывчатка? Автоген? Это все можно, наверное, достать?

— Ага, — сказал я. — Можно. На Тишинке. В тех же рядах, где патроны к Калашникову продают. Третий прилавок, поворотясь налево. Всегда в продаже свежий динамит, еще ни разу не надеванный…

— Ты все шутишь, — задумчиво проговорила птичка.

— Шучу, — ответил я. — Не беспокойтесь, Жанна Сергеевна. Сегодня мне автоген с динамитом не понадобятся. Две шпильки, моток скотча, резиновые перчатки и перочинный ножичек. Шпильки уже есть. Все остальное найдете?

Птичка заглянула в несколько своих ящиков, слазила на антресоль и принесла мне все, о чем я просил. Потом спросила тихонько:

— Яшенька, а может, ты меня все-таки просто по имени будешь звать, а? Без отчества…

Я улыбнулся:

— Без отчества слишком легкомысленно получается. А мы с вами как-никак серьезным делом занимаемся. Опасным. Тут расслабляться нельзя. К тому же и песенка эта навязла в зубах. Ну, про стюардессу по имени Жанна…

— Дрянь песня, — сурово отозвалась птичка. — Житья от нее нет. Хорошо, я согласна на вы и отчество. Но я все равно буду называть тебя на ты и Яшенькой. Договорились?

— Желание клиента — для меня закон, — машинально проговорил я. При этих словах Жанна Сергеевна заговорщицки мне подмигнула, а я — ей. И мы наконец поцеловались.

— Ты забыл побриться, — тотчас же с огорчением сообщила мне птичка. — Дикобраз ты. Небритый ежик.

— Точно, — согласился я. — Моток колючей проволоки, гибрид ежа и ужа. Но только я не забыл. Так надо для дела.

Я рассовал по карманам все то, что мне дала птичка, а также несколько своих сюрпризов. Потом я взял ключи от другой квартиры и выслушал подробные инструкции, как найти нужный дом. Оказалось не так все сложно.

Подумав хорошенько, я вернул ключи обратно Жанне Сергеевне.

— Ты решил еще пожить у меня? — обрадованно спросила птичка. Я покачал головой:

— Напротив. Вам тоже надо перебираться на ту, другую квартиру. Берите сейчас самое необходимое, отправляйтесь туда и ждите меня.

— Но почему? — с удивленным видом проговорила Жанна Сергеевна.

Я сделал глубокий вдох. Как объяснить дилетантам азбучные истины?

— Дорогая Жанна Сергеевна, — сказал я максимально официальным тоном, на какой был только способен после вчерашней ночи. — Не пройдет и двух дней, как «Меркурий» может выйти на вас. Я, конечно, сделаю все возможное, чтобы замести следы и отвести от вас подозрения. Но, скорее всего, у них в «Меркурии» — и тем более в «ИВЕ» — не дураки сидят. Первый вопрос, который они зададут, — «кому выгодно?». И все.

Птичка втянула головку в плечи, вид у нее был презабавный.

— Может быть, передумаете? — предложил я. — Черт с ней, с этой дискетой. Покой дороже. А?

Жанна Сергеевна гордо выпрямилась.

— Никогда, — произнесла она серьезно. — Пусть будет так, как мы задумали. Ты прав, конечно, и я перебираюсь на ту квартиру. Но мы не отступим. Да, Яшенька?

Двое самоубийц, подумал я. Женьска и мужеска пола. Самый эффективный способ самоубийства — это подставить ножку компании «ИВА». Слон все-таки раздавит моську и не чихнет. Но, с другой стороны, муравья слон, пожалуй, и не раздавит. Потому что не заметит. По сравнению с империей господина Иринархова я как раз муравей. Это дает маленький шанс.