Робкий пассажир вынырнул неподалеку от нас, поплыл к лодке, вцепился в борт. Сразу двумя руками, не ощупывая его перед этим.

– Вам чего?
– хмуро спросил его я.

Он отдышался, выплюнул воду и сказал:

– Я заплачу вам. Доставьте меня на пароход. Или на берег. В любое место.

– Милиция в Астрахани вас устроит?
– любезно спросила тетя Геля.

Он подумал и согласился.

Мы с Алешкой втащили его в лодку. Он сел на корме, съежился и опять стал тем робким и застенчивым пассажиром, к которому мы привыкли на пароходе.

– Извините, - пробормотал он, - я тут у вас намочил.

С него текла вода, он начал мелко дрожать.

– Теперь заболеете, - мстительно сказал Алешка.
– Средним ухом.

– Ничего, сейчас ему жарко станет, - пообещала тетя Геля, глядя на приближающийся милицейский катер.

– А я все расскажу, - заскулил робкий пассажир.
– Я ведь ничего особенного и не делал. Только наблюдал за выгрузкой товара и вел учет. Ну еще за вами начал присматривать, - обернулся он к тете Геле, - когда капитан стал вас подозревать. Я ничего не скрою, все расскажу.

– Где может скрываться Муромцев?
– жестко спросила тетя Геля.

– Вот этого я не знаю. Говорят, у него есть какая-то секретная дача. Но никто не знает, где.

Тут возле нас остановился катер. Тетя Геля поднялась на него, о чем-то коротко переговорила с каким-то полковником и вернулась в лодку. А двое милиционеров перегнулись через борт катера и вздернули на палубу робкого пассажира прямо за шиворот.

– Вот и все, - сказала нам тетя Геля, - возвращаемся на пароход и плывем на нем в Астрахань.

– А где она?
– спросил Алешка.
– На севере или на юге?

– Они нас проводят немного, а потом заберут наших преследователей.
– Тетя Геля накинула на плечи пятнистую куртку, которую ей дали на катере.

– А капитан?
– спросил Алешка.

– С острова уже всех забрали. И даже игрушки. Полковник говорит, робота никак поймать не могли. Веслом отбивался.

Это ясно, капитана починил, потом за милиционеров взялся.

– Поплыли, а?
– сказал Алешка.
– Я голодный, как крокодил.

– Поплыли, - вздохнула тетя Геля. И добавила, передернув плечами: - А за утрату табельного оружия мне ой как влетит…

На пароходе был полный порядок. Дядя Вова так и доложил. Только Дама с пальчиком спросила: за что забрали в милицию такого отважного каскадера?

– За хулиганство, - отрезала тетя Геля.
– Готовимся к отправлению, курсом на прекрасный город Астрахань, где нас ждут экскурсии и отдых перед отплытием в обратный путь.

Тетя Геля отдала необходимые распоряжения и пошла за своими племяшами. Они вырвались на палубу, и пароход содрогнулся от их радостных воплей. Вот так пассажиры и зарабатывают воспаления средних ушей.

Мы с Алешкой пошли сначала в кают-компанию и наелись так, что тошно стало. И уже не верилось, что десять минут назад мы были голодные, как крокодилы. А потом забрались в свою каюту отдохнуть.

Ничего мне теперь так не хотелось, как крепко и долго поспать. Чтобы хоть немного оклематься после всех пережитых волнений.

Я плюхнулся на свой рундук и блаженно, не торопясь, закрыл глаза.

– Вспомнил!
– тут же разбудил меня звонкий Алешкин голос.

Я открыл глаза, повернулся на бок, чтобы братец оценил мой взгляд, и сердито спросил:

– И что же ты вспомнил? Таблицу умножения?

– Вспомнил, где я видел эти ваши документы.

Сон из меня исчез, будто его там и не было.

– Где?

– А вот здесь, - Алешка показал на столик, где и вправду лежала стопочка деловых бумаг.

Я вскочил, перебрал их дрожащими пальцами. Никакого сомнения - это бумаги Муромцева из кожаной папки.

– Откуда они взялись?

– А я знаю?
– Алешка был удивлен не меньше меня.

«Не хватит ли с нас загадок?» - подумал я.

Тут в дверь забарабанили четыре ноги. И заорали два голоса:

– Дядя Леша, выходи скорей! Дядь Леш, пойдем к нам! Будем дальше клеить!

– Бумага кончилась, - буркнул Алешка, чтобы отвязаться.

– А мы достали!
– продолжался ор за дверью.
– Она у вас в комнате! Красивая, с дядькой на мячике!

Вот тут настала пауза… А после нее я щелкнул задвижкой, и в каюту, как два урагана, ворвались близнецы и стали теребить и тащить Алешку к себе. Клеить, стало быть, что-то загадочное из вещественных доказательств.