"Ты спокоен, - скомандовал себе Джири, - ты уравновешен". Потом поднялся, подошел к незнакомцу и спросил:

– Доктор Блейкни?

Блейкни повернулся, не обнаруживая признаков удивления.

– А, мистер Джири. Спасибо, что вы решили уделить мне несколько минут.

– Пойдемте выпьем кофе, - учтиво предложил Джири.

Блейкни согласился; позвав официанта, Джири сел в кресло, кивком показав Блейкни на соседнее.

– Итак, - сказал он, устроившись поудобнее, - какие у вас ко мне вопросы?

– Я, пожалуй, сразу перейду к делу, - ответил Блейкни и с легкой укоризной улыбнулся.
– Ваши друзья беспокоятся за вас. Они не могут быть уверены, что у вас все в порядке, пока я не побеседую с вами и не дам своего заключения как врач.

– Другими словами, - Джири улыбался, он сохранял спокойствие, - им надо знать, вменяем я или нет.

Блейкни весело пожал плечами.

– Кто из нас, - беззаботно возразил он, - нынче вменяем в этом безумном кошмаре, который мы сами себе устроили? И тем не менее есть люди, которым определенная помощь пошла бы на пользу.

– И вы намерены решить, какую помощь следует оказать мне?

Блейкни взглянул на Джири серьезным, испытующим глазом.

– Возможно, никакой помощи вам и не нужно, - ответил он.
– Но ваши друзья - люди, которых я уважаю, и мне кажется, я обязан считаться с тем фактом, что они беспокоятся за вас.

– Это делает им честь, - сказал Джири.

Подошел официант, они заказали кофе. Когда тот удалился, Блейкни сел поглубже в кресло и спросил:

– Вы много времени проводите в этой гостинице, не так ли?

– Я сейчас здесь живу.

– Вероятно, тут такие же удобства, как и везде, - осторожно продолжал Блейкни.
– Я, естественно, знаю, что вы ушли от жены.

– С семейной жизнью я покончил, - сказал Джири.
– Решил перебраться в город, пока не определю, что делать дальше. Думаю, на моем месте так поступил бы любой.

– Вы уверены, что разрыв с семьей окончателен? Может, все еще уладится?

Джири покачал головой.

– Ответственность за случившееся я беру полностью на себя. Это я, а не жена, понял, что наша совместная жизнь становится все невыносимее. Сколько мог, я держался, а раз уж принял такое решение, то все, конец, поверьте мне.

Блейкни что-то молча обдумывал.

– Вы снова собираетесь жениться?

– Сейчас у меня никого нет. А что готовит мне будущее, не знаю.

Принесли кофе, в полном молчании они разлили его, положили сахар и помешивали ложками в чашках.

– Если не возражаете, я задам вам еще несколько вопросов.

– Конечно. Слушаю вас.

– Как я понимаю, вы ушли из института?

– Да.

– Следовательно, вы сейчас ничего не зарабатываете?

Джири улыбнулся.

– Такой осторожный консервативный человек, как я, к сорока пяти кое-что припасает. Пока я разбираюсь в своей жизни, ни я, ни моя семья голодать не будут.

– Вы хотите устроиться где-нибудь в другом месте?

– Конечно, - ответил Джири и бережно поставил чашку на столик.

Блейкни решил перейти в наступление.

– Видите ли, ваши поступки кажутся вам вполне разумными, но ваши друзья обеспокоены, потому что видят их в несколько ином свете. Особенно ваше постоянное пребывание на вокзале.

Джири взглянул на него широко раскрытыми глазами:

– На вокзале?

– Да, они говорят, что вы постоянно находитесь там и в гостиницу приходите только на ночь.

Джири искренне рассмеялся.

– Кто же эти друзья?

– Я все ждал, когда вы спросите об этом.

– Ну а я считал, что вы сообщите сами, когда сочтете нужным, если в принципе собирались сказать об этом. Вот и не проявлял любопытства. Но в самом деле, если есть люди, полагающие, что я сошел с ума, мне следует знать, кто же они.

– Вы правда все время проводите на вокзале?
– тихо спросил Блейкни.

– Чистейшая выдумка, - ответил Джири.
– Я остановился в этой гостинице, поскольку она достаточно комфортабельна, здесь отличное обслуживание, а у меня еще есть кое-какие нерешенные вопросы в институте. Мне тут нравится, железная дорога совсем рядом, почти центр города, а у меня в городе уйма дел. Конечно, меня нередко можно увидеть на платформе, я заглядываю в привокзальный бар выпить кружку пива - в гостинице оно вдвое дороже. Покупаю в киоске газеты, хожу в парикмахерскую. Улицы, прилежащие к вокзалу, не очень-то располагают к прогулкам. В данный момент мой мир это гостиница и все, что в непосредственной близости от нее. Иначе говоря, вокзал. Сознаюсь, меня обескуражило, что есть люди, полагающие, что у меня помешательство на почве вокзала и поэтому я не в силах покинуть его.