— Ах. Извини, что меня не убили на дуэли, как предполагалось.

— Прости, Дрейк. Мне жутко не нравилась эта работа. Мною двигало полное отчаяние, а не какая-нибудь личная неприязнь к тебе.

— Ага. И наверное, ты ни разу не подумала о том, что, как только я исчезну, у тебя повысятся шансы стать «номером один»?

Повисло тягостное молчание.

— У тебя есть хоть какие-нибудь догадки насчет того, что они намеревались сделать с моим отцом?

— Нет. Майор Зонг что-то болтала насчет вечного наказания, но она так постоянно говорит, и трудно понять, где правда, а где ложь. Она на самом деле ненормальная. Счастье, что это придумал кто-то другой.

— Погоди минутку. Так все эти происки не ее?

— Нет. Она выполняет чьи-то приказы. У нее все расписано — иначе она бы все позабыла. — Элис поежилась.

— Кто стоит за всем этим?

— Не знаю и знать не хочу. Но кто бы это ни был, он ненавидит тебя так, как никто никого никогда на свете.

— Мистер Майджстраль.

Дрейк оторвался от стола, на котором разложил свой инвентарь: пистолеты, ножи, удавки…

— Мистер Куусинен, — пробормотал он. — Прошу садиться.

Куусинен сел.

— Мне кажется, что ваш отец… гм-м-м… до сих пор в целости и сохранности и по-прежнему находится в Грейсленде.

— Рад слышать. А можно узнать, почему вы так считаете?

— Если майор Зонг и ее команда собирались уничтожить гроб и его содержимое, тогда им незачем было доставлять гроб в Грейсленд. Не проще было бы развести костер где-нибудь за городом и ликвидировать гроб втихаря. Но я думаю, что таких укромных мест даже на столь огромной территории, как Грейсленд, нет.

— Да, понимаю. Дальше.

— Поэтому у них были причины перевозить вашего отца. Признаюсь, о мотивах я не догадываюсь, но, вероятно, они связаны с приближающимся Мемфисским конкурсом. Возможно, майор Зонг хочет использовать гроб в своем номере — я, правда, никогда не слышал, чтобы имитаторы прибегали к столь эксцентричным приемам, но майор Зонг — особа весьма эксцентричная.

— Вы серьезно недооцениваете противника. Есть еще какие-нибудь соображения?

— Да, сэр. Мы не знаем, почему этот ящик был доставлен в Грейсленд, но можно предположить, что майор Зонг уже сделала с ним все что хотела. В таком случае, возможно, уже нет ни гроба, ни вашего отца.

— Нельзя терять ни секунды.

— Боюсь, что так, сэр. Я собрал в файлах все имеющиеся архитектурные планы Грейсленда и дал команду компьютеру определить, где в Грейсленде можно спрятать предмет размером с гроб вашего батюшки.

— Наверняка таких уголков оказалось уйма.

— Более пятидесяти тысяч. А вот вероятность того, что гроб может находиться во множестве этих мест, оказалась меньше. Людные места отпадают. Поэтому я снова исследовал данные и получил цифру в пределах трех тысяч. Сэр?

— Да?

— У вас взволнованный вид.

Зеленые глаза Майджстраля горели, на губах заиграла еле заметная улыбка.

— Эврика, мистер Куусинен. Мы можем пойти и освободить моего отца.

— А-а-а… очень хорошо, мистер Майджстраль.

— Но на всякий случай сохраните ваши архитектурные планы. Я могу ошибаться. И… у вас есть несколько минут?

— Да.

— Мне хочется предложить вам работу по специальности, если вы не против. Не откажитесь пройти в мою комнату?

— Мангула Эриш, я выследил вас! Остановитесь! Вернитесь!

Муки, Дорнье! Вечные муки!

А? А? Что вы сказали?

Я долго замышлял отмщение, Дорнье! Десятилетиями вызревали мои замыслы!

О чем вы говорите?

И теперь ты не уйдешь от меня. Ты в моих руках! В моих руках, Дорнье!

Вы… Квингли?

Кто такой Квингли? Шпион?

Шпион? О Боже, нет! Квингли — мой старый школьный товарищ.

Хватит про школьных товарищей, Дорнье! Ты сейчас в Аду!

В Аду. Ах, да. Теперь я вспомнил.

Покайся, Дорнье. Подумай о своих грехах…

Повариха Квингли готовила потрясающие омлетики! Вы не попросите ее приготовить омлетик, а, Квингли?

Я не Квингли!

Нет?

Вбей это себе в голову, Дорнье! Ты мертв, ты в Аду, и я — не Квингли. Неужели ты не можешь этого понять?!

О, конечно. Я веду себя так глупо. Разумеется, вы — не Квингли.

Помни об этом, Дорнье!

Вы Джека. Теперь я припоминаю.

Я не Джека!